Иди ты... в жёны (СИ)

- Я мог бы сказать, что куплю тебе трусы, но скажу, что куплю тебе сто таких ночнух.

- Может, ты уже снимешь ту единственную, что есть сейчас на мне?

- Блин! У меня три месяца не было. Забыл, как оно там всё работает.

Я предпочла прикусить язык и не выдавать информацию о своём воздержании, длящемся уже три года, пока Саша снимал с меня сорочку, а я ему в этом активно помогала.

Он отбросил ткань в сторону и жадно рассмотрел все мои изгибы.

- Меня начинает напрягать то, как ты пялишься, - я даже попыталась скрестить ноги и прикрыть руками грудь.

- Я думаю, о чем бы таком подумать, чтобы не кончить раньше, чем вставлю, - Саша будто с трудом оторвался от созерцания моей груди и заглянул в глаза. – И ты прятала от меня весь этот секс? Ни стыда, ни совести…

- Ни ссылки, - отшутилась я.

- Резинки есть?

- Хочешь заплести мне косы?

- Свой член… если хочешь, в твои косы.

- Дурак, - хохотнула я, слабо ткнув его ногой в грудь.

- Я мигом, - Саша вдруг сорвался с места, бегло поцеловав меня в колено.

- Ты куда? – крикнула я уже ему вслед."

"- В машине должны быть резинки! – отозвался он уже выбегая из дома.

С дурацкой улыбочкой и откинулась на подушки и, прикусив губу, смотрела в потолок, ощущая приятное тепло во всем теле.

- Не до тебя сейчас. Изыди! Завтра поиграем, - Саша с кем-то разговаривал. Его голос был слышен через открытое окно моей комнаты. Пришлось встать с кровати и подойти к окну, чтобы незаметно подглядеть.

Оказалось, что Саша разговаривал с Лёнькой, который тёрся рядом и явно искал местечко, за которое можно ущипнуть Титова.

Саша взял из машины презервативы и побежал с ними обратно в дом, абсолютно проигнорировав Лёньку.

Даже жалко пернатого стало. Оставили без развлечения на сон грядущий.

- А… а вот ты где! – Саша будто испугался, не увидев меня в постели. Но выдохнул я облегчением, обнаружив меня у окна, прячущейся за шторкой.

Глядя мне в глаза, Саша так быстро снял трусы, что я начала сомневаться в том, что они вообще на нём были.

- Иди ко мне, - выдохнул он едва слышно и сам подошёл ближе. Приобнял за талию одной рукой и с силой притянул к себе, вжав в свой торс.

Член, бедолага, оказался зажат между нами, пока наши языки и руки вновь вступили в страстный танец.