Идеальный мир для Лекаря 11 (СИ)

А также разобраться с имперской канцелярией, и только после этого буду обсуждать с ними, что они сделали не так. Причем, жалоб на нас поступило немало, канцелярия уже раз десять звонила, но до штрафов дело пока не дошло. Кстати, одна жалоба пришла от Рода, который в этом конфликте не принимал никакого участия. Сказали, что во время дуэли ударила волна некротики, и потому бедный мальчик, наследник графского Рода теперь заикается. Им я предложил оплатить услуги логопеда или же прибыть ко мне в замок. Для прохождения терапии.

До самого утра пришлось утрясать эти вопросы, но в итоге, все претензии со стороны Империи были сняты. Как-никак, а трупов нет, значит и убийства не было. Остальное всё в рамках закона. И только после этого отправил за Викой и Белмором, что всё это время дожидались в гостиной.

* * *Виктория шла в кабинет Михаила, словно на плаху. Она понимала, что в случившемся есть часть её вины. Но кто же мог знать, что Анастасия, ее обидчица, которая на протяжении нескольких лет не давала ей спокойной жизни, окажется настолько слабой.

Обо всем этом девушка думала уже не первый час, но больше всего ее волновало то, как на ее поступок отреагирует Михаил. Ведь там, у Белоусова в особняке, он был немногословен и на вид очень зол. А потом и вовсе, пришлось ради нее сражаться с целым отрядом элитных бойцов. И пусть сама она внесла немалый вклад в победу, чтобы доказать свою полезность, этого все равно может не хватить.

Впрочем, Белмору тоже сейчас было неудобно. Как-никак, в его единственную задачу входила охрана девушки. И даже с этим он не справился, допустив начало дуэли.

— Пришли? — Михаил поднял голову и посмотрел сначала на нее, а затем и на ее наставника.

Они просто встали в дверях и потупили взгляд, ожидая, чего он скажет.

— Что это? — удивилась девушка.

— Грамоты, — пожал плечами граф. — Берите и повесьте себе на стену в комнате. Прямо напротив кровати. Рамки изготовят лесорубы, я уже отдал распоряжение.

— Что за грамоты? — Виктория удивилась еще сильнее.

— Тебе, — протянул он бумагу. — Грамота лучшему дипломату года.