Идеальна для меня

И любое мое действие так или иначе направлено исключительно тебе во благо. Возможно, не сразу. Возможно, требуется время. Но если еще когда-нибудь я скажу тебе: «Детка, отойди от пушки!» Ты берешь и отходишь! — Конрад сделал пару жадных глотков кислорода и с трудом взял себя в руки, понижая тон. — Не всегда нужно воевать. Иногда нужно действовать разумно.

Непроизвольно глаза мои наполнились слезами, а от сдержанных рыданий нижняя губа предательски затряслась. «Что с тобой, Браун!» — одернул меня внутренний голос, и я не сразу нашла ответ.

— Мне жаль, что я выстрелила в тебя, — сорвавшийся голос больше походил на хрипение, а глаза Конрада прожигали во мне дыру. — Ты виноват, что выпустил родителей, но… все это было слишком.

— На твоем месте я бы сделал так же, — хмыкнул мужчина, удивив меня не на шутку.

— Выстрелил бы в меня? — с сарказмом переспросила я, склонив голову набок.

— Выстрелил бы в себя, — поправил он, коснувшись пальцами моего бедра. Электрические импульсы ударили в самый позвоночник, в глазах замерцали разноцветные звезды. — Я слишком люблю тебя, чтобы отпустить. А ты слишком любишь свободу, чтобы следовать моим правилам.

— И что же тогда делать? — внутри поселилось странное отчаянье. Конрад понимал так же четко, как и я: нам не быть вместе. Мы существовали в разных реальностях, которые никогда не должны были соприкоснуться. И прежде чем он ответил, обрубив все на корню, я обреченно добавила, вспоминая странные дни в «Бермудском треугольнике» Майера. — Знаешь, там была сладкая вата… Порой это бесило, а порой… Придавало сил. Я чувствовала, будто однажды найду выход. Это как лучик света в кромешной тьме…

— Может, она зря находилась под твоим окном?

Я кратко кивнула, одновременно пожимая плечами, пока вдруг не замерла в изумлении, поднимая на Шульца взгляд:

— Но… Я не говорила про то, что вагончик стоял под окном! О, нет… Боги, Конрад!"

"Он ничего не ответил, будто и так выболтал слишком много.