Эксперимент

Кажется, я испытала самое что ни на есть наслаждение, когда Слава стал медленно кружить меня по воде. Разве я могла подумать девять месяцев назад, что этот самоуверенный обнагленец станет моим мужем? Мы что реально станем мужем и женой через каких-то пару дней?

– Совершенно не понимаю, как я могла на тебя клюнуть.

– Старый?

– Неа, не в этом дело. Да и я тут поразмыслила, что через лет двадцать на фоне тебя я буду неплохо выглядеть. Да и не надо будет стараться держать фигуру, когда рядом с тобой шестидесятилетний дед.

– Ну ты бы хоть после свадьбы сказала, что будешь жирухой, а не до.

– Ой, прости уже поздно.

– А что тогда не так? В чем была сложность на меня клюнуть? Недостаточно хорош?

– Да, только наоборот. Помнишь, я говорила, что у меня было два парня? – кивает, переставая меня кружить. – Я не была в них влюблена, и они были как бы сказать… мягко говоря, не красавцы. Так, вообще ни о чем. Я специально их выбирала такими, чтобы на их фоне чувствовать себя выше.

– И?"

"– И вот когда дошло дело до секса, и я осталась в одном белье, этот дрыщ так брезгливо на меня посмотрел. Точнее на мои шрамы. И вся моя накопленная за счет него и без того шаткая уверенность в себе канула в Лету. И это были какие-то стремные парни.

– Что я?

– А ты красивый, уверенный в себе богатый мужик. От красивых мужиков вообще ничего хорошего ждать не приходится. Тем более от богатых. А вышло совсем по-другому. Я с тобой о них забыла, – указываю взглядом на следы рубцов на животе. – Не замечаю их. И вообще…

– Что?

– Ничего. Зазнаешься еще.

– Да я уже, это за двадцать четыре часа почти второе признание в любви. Балуешь, – усмехается Слава, потянувшись к моим губам. Дурак.

Два дня спустя

Только когда на безымянном пальце сверкает кольцо и приезжаешь в место празднования, понимаешь одну вещь: надо было смотаться в какой-нибудь райский уголок с бирюзовой водицей и пожениться только вдвоем на берегу океан, а не вот это вот все.

Вот на черта мне сдались все эти люди, которых я даже не знаю. Да, статус Славы обязывает звать всех этих важных шишек, раз устроил пирушку, но не по душе мне это. Вот совсем. Да и Архангельского назвать счастливым нельзя.