Япона осень (СИ)

Казалось бы, не так давно мы спасались из этих самых гор, убегая от бестий. А вот — уже вернулись. И сумели прогнать старых врагов.

Ещё недавно мы боялись даже в завтрашний день заглянуть. И вот уже планируем, что вскоре в нашей группе будет пополнение. Первое поколение разумных аборигенов этой планеты… Тех, кто здесь родится, вырастет и умрёт. Тех, кто родит новых детей. Тех, ради кого мы сейчас все баллы тратим на репликационный комплекс.

А мы, первые колонисты, и без того проживём долгую жизнь. Кому-то из нас предстоит пережить даже своих внуков… Ведь у них не будет ни капсул, ни доступа к Алтарям Вознаграждения.

Эпилог

Тёмное свинцовое небо нависало над широкой рекой. Если смотреть на русло, можно было заметить, что река сильно обмелела. И всё-таки она была жива: устало, но упрямо катила свои воды куда-то в те края, где кончается суша и начинается мировой океан.

По берегам реки виднелись останки сухих деревьев. Их было много. Сразу понятно, что когда-то здесь рос настоящий лес. А сейчас молодая листва окутывала, в лучшем случае, одно из сотни деревьев.

«Одно из ста! Не самый плохой результат, с учётом произошедшего!» — подумал молодой человек, одетый в камуфляжную куртку и штаны, высокие армейские ботинки и простую зелёную ветровку.

За спиной у него висел большой туристический рюкзак. Если бы кто-то посмотрел на этот рюкзак, то сразу бы понял, что внутри не спальник.

"Рюкзак был весь угловатый, местами что-то оттопыривало ткань на боку. А из клапана кокетливо выглядывал краешек какой-то аппаратуры.

«И листья распустились только сейчас! — подумал молодой человек, с грустью глядя на погибший лес и проплешины зелёной травы. — Хотел бы я увидеть, как тут было раньше…».

— Ну чего ты встал? Пошли! До Укрытия ещё далеко! — окликнул его седой мужчина, одетый примерно так же.

— Да иду-иду! — отозвался парень.

Он с неохотой отвернулся от ограды старого моста, а потом всё-таки зашагал за своим спутником. Шли они по дороге. Когда-то она ровным полотном бежала вдаль, позволяя людям путешествовать по огромной стране, которая здесь была.

А теперь её всю перегораживали ржавые остовы гражданских машин и бронетехники. Когда всё началось, гражданскими в мире остались одни лишь люди.