Я знаю — ты мой!

Потому что нарушалась концентрация внимания и нужно было заново начинать упражнения, а иногда и зелья. Это бесило.

Моей отдушиной были занятия магией крови. Вот уж где я была лучшей и чувствовала себя чуть ли не королевой. С одной стороны, смешно, но с другой — тут мне действительно не было равных, ничто не могло помешать или отвлечь.

Тетушка Мири и леди Милиса часто сокрушались, что мне бы такую же усидчивость и терпение во время всех уроков, а не только когда я занимаюсь с лордом Гамоном, старым демоном, что преподавал нам во дворце и изъявил желание продолжить обучение в «Радужном хрустале».

Лично я была ему безумно рада. И ни капли не удивлялась, что он посвящал мне свое свободное время и вел дополнительные занятия для нас с Сициллой. А еще лорд Гамон преподавал нам анатомию человека. Это было необходимо: ведьмы, как смеялась мама Сициллы, особы многофункциональные, которые могут и нечисть упокоить, и человека вылечить. Но нельзя рассчитывать только на свой дар, а потому знать строение тела и органов человека и нелюдей — святая обязанность любой ведьмы.

С каждой практикой у меня все лучше получалось ощущать энергию мира и использовать ее по назначению. Никогда не думала, что магия менталиста станет отличным подспорьем в ведьмачестве. В редкие дни, когда мы должны были отрабатывать свои силы на больных в госпитале: опрашивать пришедших на прием, ставить диагноз и тут же варить необходимое зелье, если его не оказывалось в наличии, — ведьминский дар помогал сразу обнаружить больное место, а ментальный — выяснить подробности, которые пациент не желал рассказывать.

Как-то незаметно пришло время экзаменов. Вроде бы только вчера мы с Сициллой изъявили желание иметь ко телок и метлу, а уже стоим у дверей кабинета, где помимо наших наставниц находится малый круг Ковена — экзаменационная комиссия.

Я не сомневалась, что будут зрители. Как выяснилось, это не запрещено. Ведьмочки, обучающиеся с нами, могут поддержать нас в аудитории. Это так говорится, на мой взгляд, они скорее отвлекать будут.

Ну да ладно, плохого девушки не хотят. Тем более среди них нет тех двух провинившихся.