Я знаю — ты мой!

 — Сердечно поблагодарить за то, что не позволили мне принимать решения, от которых, по вашим заверениям, я могла плакать в подушку. Не дали оступиться, привлекли для сохранения моего разума и силы подругу, предоставив возможность пожертвовать собой. А еще… — сделала стремительный шаг к демону, почти вжалась в него, заставляя чувствовать мое дыхание на своем подбородке, — поблагодарить за то, что оставались простыми наблюдателями, когда Тай Авраз совершал ошибку за ошибкой и неоднократно унижал меня. И за то, что спокойно смотрели бы, как я становлюсь эмани, давая наследнику империи Авразар на собственной шкуре познать, что сотворил его отец с императрицей.

— Алиса…

— И сердечно поблагодарить за то, что распаляли его кровь, подогревая ревностью и ограничениями, в итоге пообещав ему меня. Что ж, вот вам моя благодарность!

Звонкая пощечина вышла, шальная! Ладонь горела огнем. Но это ничего, не страшно.

— А вот мое прощение!

Они забыли, с кем я росла и в каких условиях. Но я эту науку постигала долгие годы жизни, сначала с Ликаром, потом с Кортином и Лукасом.

Скоты, вот они кто!

Злость рвалась наружу. Я била, куда дотягивалась — в лицо, грудь, руки, ноги. Зейн уклонялся, но ударить в ответ не пытался. Наверное, просто растерялся, потому что даже магии не применил.

Зейн покачнулся и рухнул на колени.

— Клянусь, что ни при каких обстоятельствах Тай Авраз не станет тем, кто проведет мою инициацию! Кровью своей и кровью наследника о’Дейриц заклинаю!

ГЛАВА 6

Мне бы хотелось, чтобы свет перед глазами померк и я свалилась в обморок от переизбытка чувств, потому что Зейн обратился…

Жуткое зрелище.

Мужчина стал выше на две головы, раздался в плечах, одежда жалкими лоскутами повисла на его теле, а черные вздувшиеся вены проявились на коже, будто начертанные символы.

Моя хваленая выдержка не просто дала трещину, а полетела в бездну вместе с воспитанием, которое, впрочем, еще раньше покинуло мой разум. А судя по тому, что началось после данной мной клятвы, примеру моего последовал и мозг Зейна. Говоря проще, отказал ему.

— Дур-ра! — страшно проревел наследник и сделал шаг, стремительный, неуловимый.