Его заложница

— Я могла бы дойти сама! Мог дать мне просто какую-нибудь обувь, — упрямо говорю после того, как меня аккуратно сажают на шезлонг и отбирают термос с кружкой.

— Мог… — отвечает он, но продолжать не собирается. Наливает в большую чашку горячий кофе и подает мне. А себе – в железную крышку-кружку и тоже откидывается на шезлонге, смотря на озеро.

Где-то пять минут сижу в ступоре и смотрю на чашку с кофе. Со сливками, как я люблю. Желудок сводит. Поднимаю глаза на мужчину. Он расслаблен, полулежит, широко расставив ноги, пьет кофе и любуется красотами озера.

Как вежливая девочка, хочу сказать спасибо. Но вредная, неадекватная Александра сжимает губы и устраивается поудобнее. Он меня вчера чуть не изнасиловал, а я тут буду расшаркиваться в благодарностях. Обойдется. Псих.

Отпиваю глоток и сглатываю стон удовольствия, прикрывая глаза. Мерзавец умеет делать кофе. Наверное, только в подобных ситуациях начинаешь ценить такие простые вещи, как свежий воздух, летнее тепло и вкус хорошего кофе.

В повседневной жизни, за гонкой к целям и совершенству прекращаешь радоваться простым вещам.

Мы молча сидим около получаса. Как только моя чашка пустеет, мерзавец тут же ее наполняет. Сервис уровня «Бог». Здесь, далеко от цивилизации, совсем другая тишина: слышно шуршание ветра по кронам деревьев, всплески воды, пение птиц. Природа кажется не искусственной, как в городе, выкроенной под один шаблон, а живой. Она дышит прохладным ветром и разговаривает голосами птиц и животных.

Накатывает умиротворение. Прикрываю глаза. Как говорится, если нельзя избежать насилия, расслабьтесь и получайте удовольствие. Хотя домой хочется жутко. Мамочка…

Мой отец, определённо, жесткий человек старой закалки, я у него единственная поздняя дочь. Он долго не женился, пока не встретил мою мать. Подозреваю, что брак случился по залету. Но, несмотря на жесткость и властность, видно, что он очень любит мою мать и по сей день. Нет, отец не романтик, не заваливает ее цветами и подарками.

Денег у нас достаточно, чтобы мама могла все купить себе сама. Их чувства и глубокая близость видны во взглядах и в молчаливых диалогах."

"Я много конфликтовала с отцом. Он пытается строить мою жизнь по своему сценарию, как пример – тот же самый Вадик и мое образование в сфере юриспруденции. Я больше творческая, свободолюбивая и безбашенная, далеко не хранительница и блюстительница закона. Но папа умеет грамотно переламывать мою волю.