Его заложница

— Как плохо ты знаешь своего отца… — выдыхаю, поднимаюсь на ноги, надеваю футболку, часы и подхожу в Саше, продолжая смотреть на кошку через зеркало.

— Ну, тогда ты меня похитишь, — хитрая, откидывает голову мне на плечо, когда я обнимаю ее за талию, прижимая к своей груди.

— А давай мы облегчим мне задачу, побережем мои нервы, и я похищу тебя сейчас, — целую ее за ушком и дышу сладкой карамелью, прикрывая глаза.

— Арон, — мурлычет такая сладкая девочка. Моя смелая и отчаянная кошечка. — Я так не могу-у, — стонет, когда я кусаю мочку ее уха.

— Я не скажу отцу, что ухожу к тебе, не осмелюсь, наверное, это сделать, смотря ему в глаза, — голос уже с нотками грусти. Глубоко вздыхает и накрывает мои руки на талии. — Но с мамой и бабушкой я обязана поговорить, чтобы они поняли, что я счастлива, любима и в надежных руках.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Все верно, кроме «счастлива»…

— Мне лучше знать! — упрямая.

— Хорошо, — сжимаю ее крепче.

— Два дня. Не выйдешь на связь – я устрою штурм дома Павловых, и мне по хрену, сколько народу поляжет.

— Ммм, как возбуждает, — улыбается с закрытыми глазами.

— Что именно тебя возбуждает, — сжимаю ее бедро, — помимо очевидного? — вдавливаясь пахом.

— То, что ты уже от меня не отказываешься.

Хрипло рычу ей в ухо:

— Я и до этого не отказывался, я хотел, чтобы ты жила полноценной жизнью и ничего не боялась.

— Не смей решать мою судьбу. Мы будем жить и ничего не бояться.

— Дай бог, кошка.

Я неверующий, но в моем случае решает только кто-то свыше.

А потом я посадил ее в машину, сам, добровольно отвёз домой. И не увидел Сашу ни через два дня, ни через неделю. Телефон отключен, в универе не появлялась, картами не пользовалась, вообще нигде не была замечена. Я знал, я чувствовал, что так будет. Не нужно было ее отпускать, нужно было додавить, переубедить, похитить. Все что угодно, только не отпускать.

ГЛАВА 34

Александра"

"Я ненавижу всех. Во мне столько злости, что, кажется, разорвет на куски.

А ещё дикая тоска по Арону. Я обещала ему вернуться…

Никогда не думала, что буду чувствовать себя в родном доме заключённой. Такая элитная двухэтажная комфортабельная тюрьма. Ни телефона, ни связи нет, все отобрал отец. Он даже интернет отключил. Всем. Даже прислуге.

«Ты очень похожа на меня, Александра, поэтому я принимаю такие меры. Ради твоего же блага», — равнодушно заявил он.

Охрана усилена, никто со мной даже не разговаривает по приказу отца.