Я тебя расколдую (СИ)

Может, он собирается взять с меня клятву больше никогда не использовать магические способности?

– Не здесь, – покачал головой Рейтслин. – Пройдемся до парка?

Это он опасается, что боги услышат его обвинительные речи и на него посыплются все кары небесные? Ну-ну. Но ладно, так и быть. Выслушаю его. Узнаю, что на этот раз пришло ему в голову, а потом перестану надоедать своим присутствием.

– Идем, – я кивнула и, опершись на его руку, прошествовала к аллеям, расположенным возле храма. Рейстлин завел меня в самую глубь, и тут я увидела красивую увитую плющом и цветами беседку.

– Присядем? – спросил Рейстлин и, не дожидаясь ответа, провел меня внутрь.

– Что, разговор настолько серьезный? – не удержавшись, сострила я. А чернокнижник кивнул. М-да, все чудесатее и чудесатее. И страннее. Усевшись на скамью и расправив юбки, я выжидающе посмотрела на Рейстлина. Он не спешил начинать разговор и изучал меня взглядом, словно пытался проникнуть мне под кожу и угадать мысли.

– Очень серьезный, Касси, – торжественно кивнул Рейстлин и вдруг… опустился передо мной на одно колено.

– Выйдешь за меня замуж? – спросил он, беря меня за руку. Я растерянно уставилась на возникшее передо мной кольцо. Оно искрилось на солнышке, ослепляя гранями крупного камня и более мелких, рассыпанных на причудливой оправе. Вот как так? Мы же только что разорвали нашу связь и вдруг предложение. Мне. Не верится как-то.

– Я?! – по-глупому уточнила вслух.

– А ты что, видишь здесь другую Кассандру Ленгтон?"

"– Ну как тебе сказать, – затараторила я, стремясь его заболтать, чтобы хотя бы ненадолго оттянуть момент ответа. Может, хоть так я успею осознать, что здесь происходит, догадаться, зачем он все это делает. Неужели из-за того, что он пообещал деду, да и моей подмоченной репутации? Так он ведь знает, мне такие жертвы не нужны. Тьма, как же все запутано.

– Касси, – Рейстлин вдруг коснулся пальцем моих губ, стремясь прервать все мои судорожные отговорки. И вместо всех заготовленных фраз, я выдохнула только одно слово:

– Почему?

– Потому что я тебя люблю, – он улыбнулся так легко и открыто, как никогда бы, наверное, не смог улыбаться тот сухарь, которым я его впервые увидела. – И знаю, что ты ко мне тоже неравнодушна, хотя быстрее метлой изобьешь, чем в этом признаешься.

Неравнодушна – это еще слабо сказано.