Я – Стрела

Сложнее было их не убивать, предотвращая новое возрождение в портале. Хаоситы бесновались, но перейти синюю линию ни один из них так и не посмел. Загонщиками командовал Олаф, который, как оказалось, появился вместе с Камачо. Странно, я его увидела не сразу. К своему изумлению среди бойцов, теснящих тварей в созданную нами ловушку, я заметила мелькнувшее смуглое лицо Уго. Он вполне ловко управлялся одной рукой и хорошо себя показывал.

Когда разъяренный Башня вдруг выхватил из-за своей спины одного из гражданских, схватил его за ногу и поволок стирать им границу ловушки, а Моника влетела в загон и начала оттуда выкидывать наружу оставшихся людей… вдруг перестали работать портальные шашки и, размеренно хлопая в ладони, прямо из дымовой завесы вышел Сантана.

— И стоп! — гаркнул он на всю поляну. — Орлы. Все молодцы. Выстояли.

«Орлы» внимательно посмотрели на ритора. И просто осели на траву. Кто где. Все. И Стражи, и хаоситы, и горожане.

— Эй, — сказал Сантана, — выстояли, а не упали.

Но мы сидели, лежали, обнимались, смеялись.

Энергия бурлила внутри, а вот ноги не держали совершенно. Если и возможно молодым, сильным организмам зверски устать, то сейчас был именно такой случай.

— Кхм, — кашлянул Сантана, — ладно, разбор полетов, как обычно — завтра. А пока — отдыхайте, болезные.

В кампус мы шли болтая, вспоминая особо запомнившиеся моменты, похлопывая друг друга по плечам и не разбирая, где Альфа, Беты или Гаммы. Мне казалось, я не иду, а парю над землей. Себа рассказывал мне о своих первых впечатлениях о портале и впервые не пытался заглянуть в декольте.

Аделаиду за плечи с двух сторон обнимали Хавьер с Мартином и никто не поглядывал на нее косо. Гомонящей толпой мы вывалились на лужайку перед жилым кампусом. Парни предложили выделить девчонкам двадцать минут свободного времени в душевой, и все шесть представительниц менее распространенного в ГАСе пола поспешили за полотенцами.

У двери в наш блок меня окликнули. Проклятье, только не сейчас! У нас всего двадцать минут! Но деваться было некуда, я обернулась.

В коридоре стол смущенный ритор Бустаманте, то и дело приглаживающий свой по-боевому торчащий ежик седых волос, и неизвестная мне молодая, одетая в шелковое зеленое платье дама. Многочисленные нитки жемчуга обвивали высокую шею, пышные, уложенные в высокую прическу волосы подчеркивали тонкие черты породистого лица.

— Мисс Маккой, — обратился ко мне ритор, — вас вызывает к себе претор для дачи показании по известному вам делу.