Я (не) буду твоей

Через десять секунд вы наберете скорость падения, выровняетесь и ты сможешь насладиться свободным падением. Еще через сорок секунд раскроется парашют.

Вообще, весь прыжок займет не более десяти минут, а то и меньше. Но я уже поняла, что в небе одна секунда ощущается, как час.

Далее Коля объясняет, как держать руки в тот или иной момент прыжка, как поджимать ноги при приземлении, как дышать во время свободного падения. Мандраж и азарт не покидают меня. Мне и хочется, и в то же время до ужаса волнительно.

Последний раз такое чувство я испытывала в далеком детстве на Новый год, когда мама сказала, что в полночь меня навестит Дед Мороз. И когда я наконец-то увидела старика с седой бородой и в красном одеянии, я думала, что попала не просто в сказку, а в параллельную реальность. Как будто это все не со мной происходило.

— До рассвета еще час, надо поесть, — говорит Витя, когда Коля заканчивает проводить инструктаж.

— Я не голодна.

— Все равно надо поесть, чтобы не упал сахар в крови, — поясняет Коля. — Ладно, ребят, я спать. Приятного вам аппетита и хороших впечатлений от прыжка.

Витя ведет меня в кафетерий. Он закрыт, еды на витринах нет. Смолов достает из рюкзака несколько сэндвичей и термос с горячим чаем.

— Какой ты предусмотрительный, — хвалю.

— Так я же тут работал, знаю.

Смолов подает мне один бутерброд и разливает чай по кружкам.

— Расскажи, как ты стал инструктором по парашютному спорту и почему бросил, — спрашиваю, откусывая сэндвич.

— Я прыгал с пятнадцати лет, потом служил в армии в ВДВ. Когда вернулся, надо было где-то работать, ну я и устроился сюда. На тот момент у меня на счету было полторы тысячи прыжков, так что взяли. Поработал пару лет и увлекся машинами.

Я аж чуть ли не давлюсь от такого признания.

— Ты прыгал с пятнадцати лет!? — изумляюсь. — А несовершеннолетним можно?

— Можно. Обычно требуется разрешение от родителей, но не везде.

— А зачем ты так рано начал?

— Было интересно один раз прыгнуть, а потом затянуло.

— Господи, — это все, что я могу вымолвить.

Чего еще я не знаю о Смолове?

— А почему бросил эту работу?

— Увлекся машинами. Ну и в гонках денег больше. Здесь все-таки сезонная работа, прыжки только с апреля по октябрь.

— А разве гонки проводят зимой?

— Нет, но у меня же еще автосервис. А если очень хочется устроить заезд, то это всегда можно сделать в теплой стране.