Его Уязвимость

Жду реакции, но Димитрий только улыбается хитро:

- Малышка. Мы теперь квиты.

Начинаю смеяться и плачу, чувства… мои чувства закручиваются в страшную воронку, где радость и боль, любовь и ненависть смешиваются, перерастая в нечто большее, всепоглощающее, что тянется от меня к Димитрию и находит отклик.

Опять целует, словно не может насытиться, проходится пальцами по спине, зарывается в мои волосы, тянет немного.

- Все мои поцелуи теперь твои, малышка, а ты моя. Вся. Целиком. Днем. Ночью. Всегда готовая для меня.

- Еще один контракт, мистер Кац?

- Длинною в жизнь, миссис Кац.

Торможу. Шокированно:

- Не поняла.

- Твой контракт. Это обязанности супруги. Я приехал на родину за женой, Катерина Елецкая. Я приехал за тобой моя Катрин.  Маленькая смешная девчонка, шипастая и до безумия привлекательная, научившая меня любить…

-Уверен, что я соглашусь?!

Решаю немного повредничать:

- Боюсь у тебя нет выбора, ты уже давно подписала документы и носишь мою фамилию.

- Ты безумен, Димитрий?!

- Немного.

Ситуация. Странная. Непонятная.

И тот, кого я воспринимала жестоким опасным хищником на самом деле стал моей лучшей защитой.

- Тогда и у меня для тебя новости, мистер Кац.

- Слушаю.

Держу паузу и рассматриваю, отслеживаю, как с каждым моим последующим словом, магнат меняется в лице:

- Скоро у нас в семье пополнение.

Думаю, выражение его лица я не забуду никогда. Жаль сфоткать не могу на память для последующих поколений.

- Ты... ты... Беременна?!

- Что сказать, Димитрий, мы - русские, так что шок – это по-нашему, дыши, любимый, дыши.

Эпилог

Здание тюрьмы штата Нью Йорк

Серые коробки – одна, вторая, третья, пересеченные на высоте прямоугольной балкой бетона, что является переходом для заключенных из здания суда прямо в саму тюрьму.

Димитрий останавливает автомобиль и поворачивается ко мне, рассматривает молча, холодные глаза не меняют выражения, но я чувствую его, понимаю своего мужчину и улавливаю его напряжение.

Он волнуется за меня и за нашего малыша, которого я ношу под сердцем.

– Ты готова?

Киваю, продолжая рассматривать строение, от которого веет безнадежностью, холодом и тоской. Стоит пройти огороженную высоким забором территорию, металлодетектор и посты с охранниками в серой униформе, как меня всю сковывает тревога.

Впервые увидеть отца.

Того, которого я так долго считала предателем…

Но иногда жизнь тасует колоду карт так, что не поймешь, кто прав, а кто виноват.

Я дочь киллера.