Его Уязвимость

Вот как он не глядя умудряется чувствовать мое смятение и страх?!

Что это сейчас – поддержка? Или просто дает понять, что слишком отошла?

Мысли разлетаются от громкого баритона, наполненного немного визгливыми нотками, и так как высокий породистый мужчина с таким знакомым лицом говорит на русском, я сразу же включаюсь в перевод:

– Господин Кац! Как я рад видеть вас! – радушие на лице нашего мэра просто зашкаливает, он сильно сжимает руку Димитрия и накрывает ее второй в знак приветствия и подчеркивая, что эта встреча дружеская.

Димитрий отвечает в своем стиле: скупо, не выпуская меня из-под своего теплого бока.

Ловлю на себе взгляды женщин, сидящих за столом, к которому приглашает нас хозяин вечера.

Мэр заливается соловьем, и мы плавно рассаживаемся. Здесь собираются особо представительные гости.

Кац восседает рядом с нашим главой, который, не останавливаясь, расписывает будущие перспективы роста.

Я делаю свое дело, перевожу.

Речь заходит об инвестициях, в которых мэр сильно нуждается, и прогнозирует всеобщие блага, которые принесут вложения Каца в общую инфраструктуру округа.

Дамы, сидящие за этим столиком, поняв, что я переводчик, немного выдыхают, восприняв меня как сотрудницу, идущую в комплекте с магнатом.

Вскоре деловой разговор сменяет окрас и переходит на более дружеский уровень, к которому присоединяются и остальные.

Переводить, когда говорят сразу несколько человек – сложно, учитывая, что никто не сбавляет темпа речи.

Для меня вечер превратился в ад. По спине проскользнула капелька пота. От напряжения закололо в висках.

Когда подошел официант, поставив передо мной блюдо, я к нему не притронулась, продолжая цепко следить за речью собеседников.

Нестерпимо хотелось пить, но бокал передо мной был пуст.

Наконец, живая музыка немного приглушила беседу и в моих услугах Кац перестал нуждаться.

Облизнула губы. В голе пересохло от длительного напряга, я окинула стол взглядом и увидела, что мой бокал пуст.

Никогда не бывала в таких местах и не решалась тянуться за водой, рассчитывая, что официант должен сам налить воды в мой бокал.

Подобное игнорирование случайное или, наоборот, намеренное, злило.

Мое нежелание обратиться к тому, кто обслуживает наш стол, росло, и сглотнув, ощутив в горле сухость, я автоматически коснулась рукой шеи. Безобидный жест, только Димитрий вдруг посмотрел в мою сторону, а затем и на мой пустой бокал.