Я дрался с самураями

Продвинувшись за 11 суток боев всего на 8–9 километров (то есть в среднем по 800 метров в сутки), мы потеряли свыше 40 % личного состава. Был тяжело ранен комбат, погибли командир и политрук 6-й роты и командир 4-й. Поднимая бойцов в атаку, пал смертью храбрых комиссар полка Куропаткин, посмертно награжденный орденом Ленина. В моей пулеметной роте из 98 человек 42 были убиты или ранены; из 12 пулеметов уцелело 5.

Такова была цена нашей победы.

Иван Чухно

командир пулеметной роты

Во время генерального наступления наша 57-я Краснознаменная Уральская дивизия, которая составляла костяк южной группировки, действовавшей на правом фланге, наносила главный удар в направлении на гору Номонхан-Бурд-Обо.

В ночь на 20 августа мы выдвинулись из глубины обороны к переднему краю и, соблюдая маскировку, заняли исходное положения для атаки в районе безымянного острова, образуемого рекой Халхин-Гол.

Однако тут произошла непредвиденная задержка. Дело в том, что сразу за понтонной переправой саперы проложили через низменную болотистую пойму реки насыпную грунтовую дорогу длиной километра в три — три с половиной.

И все-таки на исходные позиции мы вышли вовремя.

А вот следовавшая за нами 6-я танковая бригада так и не смогла переправиться в срок, поэтому прорывать вражескую оборону нам пришлось без усиления. Еще хуже, что на переправе застряли тылы нашего полка — в результате мы на двое суток лишились подвоза не только горячей пищи, но даже воды.

Прибавьте к этому, что с рубежа атаки местность впереди просматривалась плохо, мы не имели точных сведений о расположении неприятеля и, в общем, слабо представляли, что ждет нас в ходе атаки.

Тем не менее, несмотря на все сложности, ошибки и непредвиденные обстоятельства, наступление началось в целом успешно.

В 8.