И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

Не смогла найти второй. Я честная женщина, так и знайте. В деревне вам любой подтвердит, что я…

– Хорошо, успокойтесь. Никто вас ни в чем не обвиняет. Я лишь хочу прояснить этот вопрос. В доме мистера Райдера вы отложили пару носков (тот, что я принес с собой, из этой пары), чтобы потом забрать их домой. Позднее, когда вы пришли за ними, один носок исчез, и вы не смогли найти его. Поэтому вы принесли только один, чтобы пустить его на тряпки. Верно?

– Да, мистер. Это чистая правда, и разрази меня Господь, если я хоть слово соврала.

– Что ж, тогда найдите мне, пожалуйста, носок, который принесли с собой домой.

Миссис Конгрив подкатилась, как шар, к шкафу, достала большой холщовый мешок и вывалила его содержимое на дубовую скамью. Литтлджон увидел ворох старых тряпок, лоскутов, веревок, цветных обрывков шерсти, пару искореженных корсетов… Миссис Конгрив лихорадочно рылась в этой куче. Носок все не попадался.

– Я же знаю, что положила его сюда… он ведь больше ни на что не годен, только на тряпки, пару к нему не подберешь.

– Где он? Пожалуйста, поторопитесь, миссис Конгрив. Это очень важно.

– Наверное, на площади. Греется на солнышке.

Литтлджон не стал медлить. Он не знал Конгрива в лицо, но нашел без труда – на него указал первый же встречный. Впрочем, не будем тратить время на этого ленивого бездельника. Он того не стоит. Конгрив действительно надел старый носок Райдера.

Литтлджон сравнил носок, лежавший у него в кармане, с тем, что отдал ему ленивый обормот, который резво, точно заяц, помчался пропивать выручку за свой трофей.

На пути к автобусной остановке он встретил Меллалью – тот возвращался с задания, весьма довольный благополучным завершением операции.