И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

Литтлджон задумал опять встретиться с Райдером, однако прежде требовалось навести справки о носке с камнем, которым оглушили Бейтса. Деревенская женщина, прислуживавшая Райдеру, могла в этом помочь. Скорее всего Меллалью знал ее. Констебль мог заодно исполнить и другое поручение – поискать мак у Райдера в саду.

Литтлджон и на сей раз застал констебля в домашнем платье, когда явился в полицейский участок. Внеслужебные часы Меллалью проводил в огороде. Одетый в рубашку и брюки на широких кожаных подтяжках, он копал ранний картофель.

– …чертов ты болван!

Он обернулся, увидел Литтлджона, хихикнул и сделался пунцовым, точно цветы огненной фасоли.

– У меня для вас поручение, Меллалью. Еще один поход к дому мистера Райдера. Нужно найти papaver somniferum.

– А-а, мак… – отозвался Меллалью, и лицо его просияло от удовольствия и гордости: ему удалось блеснуть эрудицией перед инспектором.

– Вам знакомо это название? – Литтлджон не сумел скрыть замешательства, деревенский констебль обнаружил вдруг неожиданные познания.

– Да, сэр. Я знаю названия и свойства большинства цветов и трав, что встречаются в наших местах.

Меллалью определенно оседлал любимого конька, и Литтлджон по доброте сердечной с радостью позволил бы ему пространно рассуждать о характере и привычках родителя, но на разговоры времени не было.

– Я хочу, чтобы вы отправились туда прямо сейчас, если это возможно.

– Конечно, сэр. Предоставьте papaver мне, сэр.

Меллалью шмыгнул в сарай, где стояли его чистые форменные ботинки, и сбросил грязные садовые башмаки. Потом вымыл перепачканные землей руки в ведре с водой, и тут, будто в ответ на его молитвы, распахнулась другая, более податливая оконная створка, и кто-то невидимый выбросил полотенце. Констебль неуклюже подпрыгнул и поймал его, хотя незримый наблюдатель явно целил ему в голову.