Я без тебя не могу

Наблюдаю через зеркало картинку того, как её рука тянется к клитору, понимая, что придумать что-то более возбуждающее и порочное сложно.

Сжимаю её бедра, вколачиваясь в неё, рассматривая её гибкое тело через гладкую поверхность зеркала. В ней все создано для утоления моего желания, и я замедляю свои движения, медленно выходя из неё, чтобы вновь заполнить её собой. Алена закатывает глаза, продолжая себя стимулировать, и я накрываю её ладонь на лобке своей, утопая в её влаге, помогая ей достигнуть пика. Громкие стоны моей девочки ласкают мне слух, множа удовольствие.

Её тело пронзают такие сильные судороги, что мне приходится с силой прижать к себе девушку, иначе она непременно упала бы на пол. Обнимаю её, продолжая находиться внутри её тела, совершая короткие толчки, которые только продлевают агонию. От этого зрелища я больше не в состоянии себя сдерживать и кончаю, находясь глубоко в ней, не покидая её тела пока полностью не извергаюсь в нее.

Она обмякла в моих руках – горячая, с влажной от нашего пота кожей и бедрами, по которым была размазана её влага, глаза прикрыты, грудь тяжело поднимается и опадает, и это та самая фантазия, которая поднималась в памяти, когда мне требовалось кончить в одиночестве, потому что за десять лет её реакция не изменилась.

– Извини, ты не хотела забеременеть от меня, – шепчу ей на ухо, не уверенный, что она сможет разобрать сейчас смысл сказанных слов, – так точно не забеременеешь.

Я отпускаю её, и Алена медленно сползает по моему телу на пол, находясь в пограничном состоянии между наслаждением и действительностью.

Застегиваю ширинку и умываю руки, переступив через неё, чувствуя полное удовлетворение. На выходе меня останавливает вид моей спермы, медленно вытекающей из её попки, и я останавливаюсь, фиксируя это в памяти. В моем крайне эгоистичном мозгу возникают размышления о том, что сегодня вряд ли Андрею что-то перепадет.

Глава 23

АленаАндрей казался до того воспитанным и интеллигентным мужчиной, что, когда он вывел меня на веранду, его задетое самолюбие показало его личность с обратной стороны, крайне меня поразив.

"Он ходил из угла в угол, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами, основными из которых были возмущение и гнев. Личина интеллигента сменилась на задетого самца, территорию которого метил вожак недружественной стаи.