Я без тебя не могу

У меня еще была вера, что события тех лет вовсе не вина Алены, а случайность как следствие того, что она попала под жернова жизни, которые её перемололи и выбросили во взрослое существование. И если послушать отца, отчасти ведь так оно и было, я вполне мог поверить, что деньги ей нужны были исключительно для того, чтобы поправить здоровье близкого человека.

Будь результат детективного расследования схож с версией отца, мог ли бы я и дальше питаться иллюзиями, позволила ли бы моя гордость держать её при себе, зная очевидную истину: ей нужны только мои деньги?

В отличие от жалкого рассказа Алены в словах отца логики было через край, и как больно, но легко верилось ему.

Как бы я ни хотел забыть о случившемся, но в моем мозгу то и дело всплывала, как назойливая реклама, картинка их совокупления. Я мог бы закрыть глаза на то, что она падка до денег, устранил бы всех противников, которые могли бы мне помешать её купить в собственное пользование, обеспечил бы ей жизнь, о которой она могла бы только мечтать, и плевать, что все её чувства лишь симуляция.

– Что вам нужно, Анатолий Борисович? – Родитель за этот короткий диалог столько раз подчеркнул нашу родственную связь, что меня начало подташнивать от осознания этого кровного родства.

Отец расслабленно откидывается на спинку стула, рассматривая меня, словно выполнив сложную задачу.

– Хочу, чтобы ты понял: я лишь помог твоей непорядочной девчонке, когда ей срочно требовались деньги. А я, между тем, всегда желал для тебя лучшего! – Отец кладет сложенные руки на стол, как часто делал, ведя переговоры, показывая, что настроен на рабочий лад и готов идти на уступки для своего оппонента, напоминая мне, что всегда был против Алены, а её поведение лишь подтвердило верность его суждения о ней.

Тогда я обещал отцу подумать над этим предложением, в действительности не планируя его принимать. Изучив отчеты по его работе, инвестированию средств, партнеров за последние годы, я понял, что в его манере вести бизнес мало что изменилось, если не сказать – ничего.

– Клим Анатольевич, – слышу взволнованный голос секретаря по внутренней связи, – тут к вам очень рвется молодой человек, охрана не может его удержать.