Я буду мстить

Качок подошел к машине и постучал в окно.

– Девчонки, лучше не дурите! Откройте по-хорошему, иначе я вам так долбану, что и осколков не соберете.

– Сережа, ну хватит девчонок пугать, – решил заступиться за нас дядя Вася. – На них и так-то лица нет… На кой они тебе сдались? К чему на кладбище оргии устраивать? Уж у тебя-то девок всегда хватало. Каждый день новая. Давай лучше оружием займемся. Быстрее по домам поедете. Я за пятнадцать минут все перетаскаю, чтобы вас не задерживать.

– Не твое собачье дело! – не на шутку разозлился качок.

Задняя дверь джипа открылась, и появился еще один – совсем молодой человек лет семнадцати, не старше. Он протер заспанные глаза и огляделся. Я чуть не подскочила от радости: я узнала его. Мы спасены! Это был тот самый Олег, который запихивав свою неподъемную сумку в мою кабинку. Он должен был уехать в Хабаровск…

– Что тут происходит? – Олег зевнул и с удовольствием потянулся.

Я приоткрыла окно и громко крикнула:

– Олег, привет! Ты меня узнал? Помнишь, железнодорожный вокзал?! Это я.

На минуту растерявшись, Олег все же расплылся в улыбке и каким-то чужим голосом сказал:

– Женя?! Ну конечно, как же я мог тебя забыть.. Такая неожиданная встреча…

– А почему ты не в Хабаровске?

– Да так. Появились кое-какие неотложные дела. Пришлось отложить поездку. А ты что здесь делаешь?

– Тоже по делам приехала, – чуть слышно сказала я, чувствуя, что моя радость куда-то уходит.

Качок подошел к Олегу и ударил его по плечу.

– Ты что, этих девчонок знаешь? Они ж для тебя староваты.

Олег заметно нервничал.

Качок развернулся на сто восемьдесят градусов и вновь направился к нашей машине. Я быстро закрыла окно и включила мотор.

– Ты чо, в натуре, по могилам решила ездить?! противно заржал мордоворот и пошел в сторожку.

Я смахнула пот со лба и посмотрела на Свету. Она прошептала:

– Женя, скажи своему знакомому, чтобы этот мордоворот отстал от нас.

– Мне кажется, его самого надо защищать. Я вообще не знаю, как он здесь очутился.

Изрядно поднадоевший качок появился с огромной кувалдой. Двое его приятелей, передавая друг другу папиросу, набитую каким-то зельем, тихонько посмеивались. Не смеялся только Олег. Ничего не понимая, он смотрел на нашу машину и усиленно хмурил свои густые брови.

– Если я не ошибаюсь, нам сейчас начнут бить стекла, – сказала я и надавила на газ.