Я буду мстить

– А каким он, по-твоему, должен быть, ежели он к батарее пристегнут? Посиди ты в таком положении, а я посмотрю, какая ты будешь!

Светлана не сводила глаз с долларовых пачек и была словно в бреду.

– Чего ты хочешь? – спросила я.

– Я хочу денег.

Я взяла упакованную пачку стодолларовых купюр и протянула Светлане.

– На, получи свои десять тысяч. Если не веришь, можешь пересчитать.

Светлана судорожно усмехнулась.

– Нет, милая. Я хочу получить ту часть, которая принадлежит нам с Робертом, ровно пятьдесят тысяч.

– Сколько? – не поверила я своим ушам.

– Пятьдесят тысяч долларов.

В комнату вошел Роберт с распечатанной бутылкой виски и четырьмя рюмками.

– Вы что, ссоритесь? Давайте лучше отметим Женино возвращение!

Разлив виски, он обнял меня и поцеловал. Светлана усмехнулась. Виктор залпом выпил содержимое своей рюмки и запустил ее в стену. Рюмка со звоном разлетелась на мелкие кусочки.

Он покрутил пальцем у виска и как-то истерично выкрикнул:

– Вы сумасшедшие! Вы хоть понимаете, что вы ненормальные?! Делите деньги, радуетесь! Буквально через несколько минут здесь будут люди Игоря Николаевича и всех перестреляют.

– Допустим, тебе ничего не угрожает, – спокойно сказала я. – Ты наш пленник. Тебя освободят да и поблагодарят еще… Я вот что хотела спросить. Ты же окончил театральный институт, прекрасный актер, честное слово, скажи, почему ты ушел из театра к братве? Потому что они больше платят?

– Через несколько минут эта братва будет здесь! – В голосе Виктора слышалось отчаяние.

– Тихо! – громко крикнула Светлана и вышла в центр комнаты. – Внимание! У меня есть одно очень важное сообщение, но прежде чем довести его до всеобщего сведения, я хочу получить наши с Робертом доллары.

– Какие еще доллары? – удивилась я. – Я ведь уже дала тебе! У тебя что, совсем совести нет?!

– Если мы сейчас будем говорить про совесть, то я скажу, что если ее у кого и нет, то это у тебя. Я хочу, чтобы ты прямо сейчас отсчитала нам с Робертом пятьдесят тысяч долларов.

– Ты что, Светка, совсем голову потеряла? – ужаснулся Роберт.

– Я в здравом уме и твердой памяти. Ты отдала курносому пятьдесят тысяч долларов. Так?

– Так.