И только сердце знает

У меня был еще один сын, семья матери которого была весьма влиятельной. Они не позволили мне жениться на леди, ибо она была к тому времени уже помолвлена. Однако принудили сделать именно ее сына моим наследником.

— Принудили?!

— Да, я уступил их требованиям и откровенным угрозам, когда родился мальчик. Мой отец также не возражал, ибо, ответь я тогда отказом, они начали бы против нас войну, которую в то время мы не могли себе позволить, так как и без того переживали ряд затруднений.

— Но вы же были так молоды, — сказала Рейна.

— И даже в этом случае я был бы вынужден упомянуть в завещании сына леди. Фактически они таким образом заключали союз между нашими семьями, что было на руку моему отцу, и, вероятно, именно поэтому он так хотел скрыть существование Ранульфа от меня и от семьи леди Эллы.

— Эллы?! — Рейна недоуменно посмотрела на Ранульфа. — Эллы?! — И, увидев его хмурый взгляд, она разразилась громким хохотом.

Однако Хью не видел ничего смешного.

— Вы что, знакомы с леди? — спросил он Рейну.

— Нет, милорд, хотя я отлично знаю ее тезку. — Недовольное грохотание мужа мгновенно стерло улыбку с ее губ. — Однако это не имеет к делу никакого отношения. Итак, почему же ваш отец в конце концов рассказал вам о Ранульфе?

— То лето я провел в нашем родовом поместье после длительного отсутствия. Двор как раз отправился в путешествие, а моя жена подумала, что забеременела, поэтому я и не торопился уезжать.

— Итак, ваш отец испугался, что вы могли бы сами обо всем узнать и начать подозревать его в том, что он намеренно скрывал от вас существование сына? И он сказал вам обо всем сам, заверив, что только что узнал о мальчике, и тем самым похоронил ваши еще даже не родившиеся подозрения?

— Признаю, что так оно и было.

— Но почему же он старался разлучить вас и после того, как вы узнали о существовании сына?

— И снова я могу лишь догадываться, леди.

— А вы были близки с Другим своим сыном?

— Нет, — вздохнул Хью. — Его вырастила семья Эллы, и он совсем не похож на меня. Иногда я даже задумываюсь над тем, а действительно ли он мой сын? И все же он ближе мне, чем Ранульф, ибо Ранульф всегда держал меня на расстоянии.