Дерзкий

И нахален, естественно, безмерно.

Все эти мысли у меня в голове проносятся с дикой скоростью, а затем я смотрю в хищные насмешливые глаза и понимаю, что Шатер стебется. Развел меня, как лохушку!

Поймал!

Черт… А я ведь… Бляха! Я ведь чуть было не договорилась сама с собой, что все нормально! Что так и надо!

Какой следующий шаг, Маша?

Позволишь ему трахнуть себя в туалете?

Ну а чего конца пар ждать, вон сколько времени пропадает зря!

Как там говорил классик?

«И в очередной раз: мо-ло-дец…»

— Очень смешно, — кривлюсь, стараясь не пропалиться, что поверила и, практически, на все согласна.

— Ну, мало ли… — философски пожимает плечами Шатер, — а вдруг согласилась бы? Попробовать стоило.

Провокатор, мать его!

— Ладно, — становится он серьезным, опирается локтями о стол, придвигается ко мне ближе, — про наш с тобой неминуемый секс мы потом поговорим, ты, я смотрю, уже в правильном направлении думаешь…"

"Черт! Просек все же! Плохо, Маша! Очень, очень плохо!!!

— А пока я хочу знать причины такого маскарада.

— Ты же понимаешь, — решаю я не реагировать на его секс-провокации и поддерживаю разговор, давно уже для себя придумав, что конкретно буду ему врать. И где добавлять чуть-чуть правды. Чтоб выглядело достоверно, — что я не могу тебе рассказать все?

— Расскажи, что можешь, — кивает он серьезно, — например, сколько тебе лет. Ты совершеннолетняя вообще?

— Конечно, — немного удивляюсь я, никак не предполагая, что первый вопрос будет таким… странным, — мне двадцать уже.

— Ровесники, значит, — философски замечает Вадим, продолжая гонять зубочистку.

И что я делаю?

Правильно, продолжаю за ней следить. В один угол рта — в другой, в один — в другой… Гребанный маятник!

— Ну ладно, — продолжает он, — расскажи, что за подписка.

— О неразглашении, — бурчу я, — она на то и подписка, чтоб не разглашать…

— Что именно?

— Ситуацию, из-за которой я тут. И про себя тоже ничего нельзя…

— И долго ты так?

— Год с лишним.

— Ого. И все время с этим?..

— Да, с ним.

— И не спишь с ним?

— Да чего тебя так моя постель-то волнует? — Шиплю я раздраженно. — Это все неважно. Важно, что я сейчас нарушаю все, что можно, просто болтая с тобой! По протоколу, я должна рассказать о том, что меня раскрыли, и мой сопровождающий должен принять меры! Сразу!

— Ты — свидетель? Программа защиты?

— Ну… Типа того. Только частная. Не от государства.

— Так бывает разве? — он реально удивлен.