Грешник

— Ты г-г-говорил мне… — Джо запнулась — Целься в торс. Это самая б-б-большая мишень.

Син, подавившись воздухом, бросился к ней. Его тело нашпиговано свинцом и протекало как сито, так что это было довольно грязное воссоединение. Но ему было плевать.

Рухнув рядом с Джо, он обезоружил ее и притянул к себе.

— Все хорошо, я рядом, — выдохнул Син, прижимая ее к своему сердцу.

— Я не могу унять дрожь, — прошептала она ему в шею.

— Все кончено. Все хорошо… все закончилось.

Закрыв глаза, он позволил себе одну короткую секунду объятия.

Глядя в широко открытые, потрясенные глаза Джо, он смахнул ее волосы с лица.

— Ты в порядке?

Она так сильно дрожала, что зубы стучали кастаньетами, и говорила с трудом.

— Ты не собирался меня убивать, да?

Что?

— Не собирался.

Син покачал головой.

— Это все больше не имеет значения. Пока ты цела…

— Ты пытался спасти мою жизнь. — Джо сжала лацканы его кожаной куртки. — Я так виновата перед тобой. Я ошибалась на твой счет. Я так ошибалась…

— Ш-ш. Тебе не за что извиняться.

— Есть. Син, я…

— Все прощено, — сказал он, потому что чувствовал, что это единственное, что успокоит Джо, и он беспокоился о том, не ранена ли она.

К тому же, это правда. Он бы в любом случае простил ее, хотя здесь даже прощать было нечего.

— Я люблю тебя, — выдохнула Джо. — Тебя, тебя одного. Неважно, каким будет будущее, мне нужно, чтобы ты знал это. Мне нужно тебе это сказать.

Когда мозг воспринял ее чудесные слова, Син потерял дар речи… иначе он бы ответил ей тем же признанием. Не находя нужных слов, он трепетно ​​коснулся ее волос, и, как будто понимая, что он имел в виду, Джо повернула лицо к его окровавленной ладони и поцеловала ее. Затем снова.

Стон, который она издала, выражал отчасти облегчение, отчасти голод. И затем ее губы прижались к его пулевой ране, нерешительно всасывая кровь. По крайней мере, делая первый глоток. Однако через секунду она тяжело сглотнула и снова застонала, поворачивая все свое тело к источнику крови в поисках насыщения.

Черт. Ее превращение на подходе…

Отстраняясь от его ладони, Джо издала жалобный стон, во взгляде было смятение и вместе с тем четкий фокус.