Грешник

Но ведь вечер только начался, не так ли? И ты здесь, чтобы проверить, я вампир или все еще человек, верно? Так скажи мне, Син, что ты сделаешь, если превращение не наступит? Ты станешь тем, кто отправит меня в могилу? Так ты убьешь двух зайцев одним выстрелом? Заставишь замолчать проблему для вашего вида и получишь деньги от бандитов. Какой умный ход.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Серьезно? Я смотрела видеозапись. Между прочим, на телефоне полицейского, так что, к твоему сведению, они тебя ищут. Полиция Колдвелла и ФБР.

Син скрестил руки на груди.

— Я спас твою жизнь от тех лессеров.

— Нет, ты разорвал на кусочки толпу своих врагов, потому что это твоя работа, и, очевидно, потому что ты любишь убивать. Это не имеет никакого отношения ко мне.

— Серьезно? Ты что, побывала в моей голове в тот момент?

— Нет, я стояла рядом, наблюдая, как ты кайфуешь, причиняя другим боль.

Отводя взгляд, Син покачал головой.

— Лессеры — мои враги, и скоро станут твоими.

— Если я изменюсь. И мы оба знаем, что не факт, что это произойдет, не так ли? Я могу не пройти превращение, в этом случае, я стану проблемой для вас. Но опять же, к счастью, ты — профи по части убийств, не так ли?

Пока он пытался придумать, что сказать, не солгав при этом, она понизила голос.

— Я больше не хочу тебя видеть. Ты умолчал о том, кто я. Ты солгал мне о том, почему был со мной. Я… Я занималась с тобой любовью, думая, что ты был… кем-то… чем-то… кем ты не являлся на самом деле. И я должна жить со всем этим. Но больше я не стану пополнять свой список ошибок и глупых заблуждений.

Син посмотрел через плечо. Он посмотрел на Джо, как раз когда она начала уходить, но при этом она не сводила с него глаз, словно боялась, что он мог причинить ей вред.

Я все сделал правильно, подумал он.

— Подожди, — сказал он.

— Нет. — Джо покачала головой, ее рыжие волосы рассыпались по плечам. — Довольно. Я не могу тебя видеть…

— Я пришел познакомить тебя со своим кузеном. Он готов помочь тебе, когда наступит твое превращение.

Когда она застыла, Син указал на тень.

Когда Бальтазар вышел на свет, Син почувствовал себя так, словно ему в грудь всадили пулю. Но во многих отношениях жизнь привела его к этому.

Да.