Грешный соблазн ночи

Неужели она будет настолько глупа, что оттолкнув, лишит себя возможности узнать сладость страсти?

— Меня зовут Демьян, ты ко мне уже обращалась по имени, — заметил Демьян, не отрывая пылающего взгляда от груди девушки, на которой образовались легкие мурашки.

— Я знаю….

Мария замерла. Она больше не стремилась убежать от вампира, или хотя бы одеться. Она по-прежнему испытывала стыд от того, что полностью обнажена, но сейчас он отошёл на задний план.

Она поверила, что нравиться Демьяну. Что желанна для него.

И у неё в мозгу что-то щёлкнуло.

Скорее всего, на неё повлияла луна….

Так, по крайней мере, она будет говорить себе позже.

— И тебе нравится трогать меня? — этот вопрос сорвался с её губ, прежде, чем она успела подумать, что именно говорит.

У Демьяна запершило в горле.

Мария не сопротивляется…не отталкивает его руку…не проклинает весь его род…

Наоборот, он уловил едва ощутимый запах зарождающегося желания."

"Его тело тряхануло так, точно разряд высочайшего электричества пронзил его. Сердцебиение участилось до невероятного ритма, а шрам на кадыке непривычно для этого мира заныл.

— Мне безумно нравится трогать тебя, — честно признался Демьян и едва уловимым движением ещё приблизился к Марии.

Та не обратила внимания на действия мужчины, её волновали собственные ощущения. А точнее, что начинало происходить с её телом. Рука Демьяна, по прежнему, по-хозяйски лежала на её груди, осторожно совершая круговые движения.

— А мне должны нравиться твои прикосновения? — скорее для себя, чем для него, спросила она.

Демьян поперхнулся.

— А как ты сама считаешь?

У Марии в последний раз инстинкт самосохранения взревел о том, чтобы она образумилась, но та отогнала его прочь. Если уж она поддалась безумию лунной ночи, то она пойдет до конца.

— Не знаю, — тоже честно ответила она, и кровь прильнула к щекам. — Когда ты первый раз укусил меня, с телом стало происходить нечто…В общем, нечто не понятное. И я подумала, что это из-за ваших феромонов, находящихся в слюне…

Она замолчала, и опустила голову.

Демьян, желая видеть её глаза, приподнял подбородок. Её откровения стали для него приятным, если не сказать более, сюрпризом.

— Но сейчас тебе приятно? Когда я прикасаюсь вот так…, - и его пальцы уже смелее стали гладить бусинку соска девушки.

Устного ответа не требовалось. Девушка вспыхнула, и приглушенный стон вырвался из её полуоткрытых губ.

И этот стон сказал Демьяну больше тысячи слов.