Грешный соблазн ночи

Мария весь день не отходила от Анны ни на шаг. Держала её за руку и улыбалась сквозь слёзы. На этот раз это были слёзы радости и гордости.

И, наконец, случилось то, о чем Маша не могла и мечтать. Анна ближе к вечеру, когда ей отсоединили последнюю капельницу, села на кровати, посмотрела на девушку глазами, в которых больше не было затравленного выражения, и сказала:

— Ты даже не представляешь, как сильно я тебе благодарна…дочка.

Реакцией Марии был не разборчивый писк, после которого она бросилась в объятия матери.

— Мама!

— Как же так…как же так…

Теперь уже Анна всматривалась в лицо дочери, которую не видела долгих девятнадцать лет.

— Всё хорошо….Теперь уже всё хорошо…

Обе женщины знали, что они стоят в начале не простого пути, но трудности их больше не пугали.

Когда за окнами стали спускаться сумерки, Мария занервничала. Она отказалась от ужина, лишь выпила крепкого кофе вприкуску с плиткой белого шоколада. Обычно, шоколад немного снимал нервозность, сегодня всё было иначе.

Что же могло случиться с Демьяном….

Эта мысль не давала покоя Маше. Она знала точно, что если бы он хотел её видеть — или мог — то давно бы приехал. А тут…"

"Мария отправилась на встречу значительно раньше назначенного времени. Она рисковала нарваться на самца-оборотня, но луна пошла на убыль, и ей оставалось надеяться, что мужчины вняли вчерашнему предупреждению отца.

Дуб с двумя дуплами был хорошо известен всем в округе. Огромное вековое дерево, сумевшее пережить долгие годы войны.

Погода испортилась, заморосил мелкий дождь. Мария поёжилась. Ни одно, так другое.

Она посмотрела на часы. Десять пятнадцать. Скоро должна приехать Мира.

Время тянулось бесконечно. Маша никогда не любила ждать. Она начала ходить туда-сюда по периметру небольшой полянки, на которой рос дуб.

Дождик продолжал моросить.

Именно из-за него она не сразу почувствовала приближение другого человека. И вздрогнула, когда услышала:

— Привет, красотуля.

Глава 23.

— Проще всего снова отправить за Абашевой! Не понимаю, почему он сопротивляется! — продолжала бушевать Мира.

— Он сказал «нет».

Арсений Даров стоял у окна, сложив руки за спиной.

— И что? Мы его семья, мы должны о нем позаботиться!

— Это было его решением, перестань настаивать на своем, Мира.