Грешный соблазн ночи

— Зачем?

— Я хочу вытереть кровь с твоих бедер, — терпеливо, как маленькому ребенку, объяснил он."

"Мария не знала, куда деться от смущения. Проще было встать, и самой вымыться с помощью родника, но отчего ей была безумно приятна забота Демьяна….Самый красивый, самый сексуальный мужчина проявлял к ней внимание после занятия любовью. Знакомые девчонки не раз рассказывали друг другу, что большинство парней после секса спешили натянуть штаны и убраться домой, или поворачивались на другой бок и засыпали.

— Мария…, - Демьян ласково улыбнулся, и девушка медленно развела ноги, закрыв лицо руками, на что услышала приглушенный смех.

Смущение девушки было очень приятно Демьяну. А ещё ему нравилось ухаживать за ней. Он неторопливыми движениями начал прикладывать ткань, убирая следы их любви и крови.

Она будет его. И не только физически.

Не сегодня, так завтра. Не завтра, так в ближайшее время.

Он твердо решил.

Он завоюет свою гордую волчицу.

— Тебе не жжет?

— Что?! — у Марии самопроизвольно распахнулись глаза, и она уставилась на Демьяна, точно видела его впервые.

— Я спрашиваю — тебе не жжет? Всё-таки первый раз….

Мария громко застонала.

— Даров, немедленно прекрати! Твои вопросы! Они…Они…В общем, не стоит их задавать!

На лице мужчины заиграла довольная улыбка.

— Как скажешь.

Он хотел было ещё что-то добавить, но застыл, насторожился, обратился вслух.

Теперь уже пришла очередь Марии позвать его:

— Демьян…Что случилось?

— Одевайся, Маша. И побыстрее.

Его слова прозвучали, как предупреждение.

И, супротив логике, они понравились Марии.

Действовала она быстро — натянула на себя одежду, и когда Демьян подходил к узкому проходу, она шла рядом с ним.

— Ты почувствовал его по запаху? Я имею в виду — Боржа?

— Да.

— А почему я ничего не чувствую? У меня же не менее острое обоняние, чем у тебя.

— Маша, ты забываешь, что я несколько лет прожил здесь. Я адаптировался.

— Ладно, не буду заморачиваться по этому поводу.

— Вот это правильное решение.

— Демьян…, - снова позвала Мария, дотронувшись до его руки.

— Да?

— Я боюсь, — честно призналась она, и он догадался, что её страх основывался не на боязни физических увечий.