Грешный соблазн ночи

Ей было больно. Безумно больно.

Чтобы как-то скрыть смущение, она старалась говорить гневно. Но она всегда была плохой актрисой.

— Ты хорошо подумала, прежде чем мне это предложить? — едва слышно уточнил Демьян, и его слова гулом прокатились по невысоким сводам пещеры.

— А как ты сам думаешь?

— Я не хочу, чтобы ты потом жалела. И обрушивала на меня упреки.

Мария приглушенно пробормотала проклятья.

— Никогда не думала, что буду предлагать кровь вампиру, а он будет отказываться!

Одно мгновение — и Демьян стоял позади неё на коленях.

— Твоя кровь — самый драгоценный для меня напиток, волчица. Она не только способствует моему быстрому выздоровлению, она дает мне внутренние силы. И она невероятна вкусна. Я схожу с ума лишь при одном упоминании, как питался от тебя! И я больше не хочу скрывать своей жажды. Да, я отпустил тебя, но по той причине, что уважаю твою волю. Я знаю, что сейчас могу обходиться без твоей крови, могу питаться от себе подобных! Но не хочу! Мне нужна ты! Мне нужна твоя кровь! Но я не буду тебя принуждать….

Нет, он её даже не царапал. Он вздыхал её запах…слышал, как бьется её сердце…чувствовал, как бусинки пота выступают из её пор…

Мария задрожала. Страстный шепот Демьяна заставил её сильнее вцепиться в мох.

— Ты меня не принуждаешь, Даров. По крайней мере, сейчас…

— Маша….

Интонация голоса сказала больше слов. Мария едва ли не чувствовала, как внутри мужчины происходит куда более сильная битва, чем бушевала несколько минут назад на улице.

— Я хочу, чтобы ты испил мою кровь…, - прошептала она в ответ, и одна её рука переместилась со мха на бедро мужчины. Она не заметила своего порывистого движения, но для Демьяна оно послужило сигналом.

— Это было твоё желание! — страстно прошептал он и укусил девушку.

Та вздрогнула и застонала.

Демьян сделал лишь один глоток, как тело Марии пронзила сладостная истома.

Почему?….Почему она стала столь остро реагировать на Демьяна? На его укусы, на его прикосновение, на одно присутствие?

Волна была столь сильной, что тело Маши выгнулось, а глаза распахнулись.

— Демьян! — полустон-полукрик вырвался из её горла."

"И сразу же Демьян перестал пить.