Грех Захарова

Что и стараюсь делать в данный момент.

– То есть…

– Сукин ты сын, Захаров, – перебиваю. Врезав несильную пощечину, впиваюсь в его губы поцелуем, крепко обвив шею мужчины руками. – Сукин сын! Ненавижу тебя!

– Я даже не сомневаюсь, – хрипит мне в рот. – Мне нравится такая ненависть, мелкая. Продолжай в том же духе.

Специально провоцирует, злит меня. Но уже все равно. Пусть говорит что угодно. Я больше не поведусь. А если хочет быть со мной, примет мое условие, над которым я долго думала, когда в одиночестве сидела в стенах этой квартиры и ждала.

Ждала, не теряя надежду. Ведь была уверена, что Захаров не оставит меня. Вернется!

И он вернулся…"

"– Какого черта не пускал к себе? Так любишь, что днями видеть отказывался? А я ведь скучала! Места себе не находила! – шиплю змеей, сжимая его волосы в кулаке. Тимур лишь хрипло смеется, никак не реагируя на мои попытки сделать ему больно. – Сукин сын! Ненавижу!

Захаров обхватывает руками мою талию, впивается пальцами в кожу. Надвигается настолько сильно, что его желание упирается мне в живот.

Становится жарко от осознания, что мы можем зайти далеко. Если он снова сделает мне больно…

Трясу головой, отгоняя ненужные на данный момент мысли. Сама прижимаюсь плотнее. Пусть делает что хочет. Сдаюсь. Достаточно. Больше не хочу этих гонок. Все равно в конце концов будем вместе. Это наша судьба!

– Скучала, значит? – влажные губы скользят к уху. Тимур обхватывает мочку, сжимает зубами, заставляя толпу мурашек рассыпаться по телу. – А раньше бежала как от огня.

Я же говорил: теряем время. А ты все упиралась…

Хрипотца его голоса вибрацией проходится по грудной клетке. Часто дышу, все с такой же силой сжимая густые волосы опера в кулаках.

– Может, были причины для этого? – говорю, издав глухой стон. Тимур проводит пальцами по спине так, будто изучает каждый позвонок. Тело горит от его прикосновений. – Или ты белый и пушистый? Никаких у тебя косяков не было, верно? А я, как дура, обвиняла тебя во всех грехах. Да, Захаров?

– Были, – утвердительно кивает, обхватывая мою голову горячими ладонями, заглядывает в глаза.

Мерзавец так обаятельно смеется, что мне ничего не остается, кроме как улыбнуться в ответ. – Но я вроде бы теперь дружу с головой. И тебе советую. Давай уже плюнем на все и не станем оглядываться назад?

Мои брови ползут вверх от удивления. Ну, вообще-то с головой я всегда дружила, чего не скажу об этом мужчине. Пусть за себя говорит, а меня в покое оставит.