Графиня поневоле (СИ)

— А знаешь ты права, это совершенно замечательное дерево, — мужские пальцы затеребили застежки на знаменитых на все поместье бархатных бриджах маркизы, ловко справляясь с ними, — Ты же не подумаешь обо мне ничего плохого? — одна рука Каса нырнула под кружевные шортики ее светлости, а другая накрыла грудь, вызывая низкий требовательный стон. — Что, моя сладкая девочка уже готова? — он с удовольствием огладил лишенный растительности лобок и, скользнув ниже, убедился, что его давно ждут и рады принять.

— Не томи, милый.

Подтянув Аолу повыше и заставив посильнее прогнуться, стащил с нее штанишки вместе с бельем, любовно огладил покрытую золотистым загаром попку, поцеловал милые ямочки на пояснице, послушал нетерпеливое хныканье и, наконец, медленно вошел в нее, такую горячую, шелковую, тесную, замер на секунду, а потом почти полностью вышел.

— Кааас!

— Как же я соскучился, — неожиданно для себя признался рыжий, целуя маленькое розовое ушко жены, стискивая пальцы на бедрах.

— Сильнее!

— Диктатор маленький, заноза моя, — с каждым движением он ускорялся, уходя все дальше в страну наслаждения и уводя за собой свою любимую девочку.

Глава пятьдесят пятая, в которой героиня наконец-то едет в столицу

— Вы чего так долго? — Грег нетерпеливо расхаживал перед входом в главный дом.

— Привет, Груня! Я тоже очень рад тебя видеть, — Кас помахал некроманту рукой, в ответ тот только хмыкнул. — Ты же знаешь, что наша девочка отказывается ездить верхом. Вот и пришлось добираться своим ходом.

— Пообедать не успеете, выезжать уже пора, — брюнет подхватил жену на руки и направился домой.

— Поволок в свое логово, — Пушок проводил довольную хозяйку глазами.

— И не говори, хвостатый! Ты готов покорять столицу?

— Хозяйка обещала заказать для меня ошейник с изумрудной подвеской, — Пушок вспрыгнул на плечи Кастерса.

— Ну теперь все кошки твои, — рыжий привычно отмахнулся от хвоста. — Как насчет пообедать?

— Мурррр! То есть с удовольствием.

* * *— Куда ты меня тащишь? — Иришка уткнулась носом в некромантову шею, вдохнула аромат пачули и бергамота и улыбнулась блаженно.

— Тебе надо поесть перед дорогой, а то укачает.

— Хороший мой, — она погладила щеку мужа, на которой уже пробилась жесткая щетина.

— Вечером побреюсь, — пообещал Грег и попытался губами поймать тонкие пальчики, слушая тихий смех жены.

— А где Миранда?

— Пакует карету с лошадками.

— Да ты что? Сама?

— Ну ты скажешь, — он толкнул дверь и вошел в гостиную.