Госпожа частный сыщик

Да, без всей этой информации вполне можно прожить, но я с детства привыкла все это чувствовать."

"Это как с обонянием: нельзя сказать, чтобы мы так уж активно им пользовались. Не собаки же мы, в конце концов. Но оно доставляет нам удовольствие –  когда ароматы приятные. Или, наоборот, предостерегает, что куда-то ходить не стоит, поскольку ничего хорошего мы там не найдем. А еще оно дает нам дополнительную информацию о людях: кто-то выглядит брутально, но отдает предпочтение цветочному мылу, кто-то злоупотребляет духами, а кто-то вообще не слишком любит мыться, и от такого человека мы предпочтем держаться подальше.

А иногда именно обоняние предупреждает нас об опасности –  скажем, благодаря запаху мы понимаем, что не стоит что-то есть. Лишиться обоняния –  вроде бы чаще всего не смертельно, но мир разом выцветет, потеряв множество красок.

Так же и с моим даром. Он когда-то предупреждает, когда-то помогает, а когда-то и мешает –  как обоняние в зловонном месте. Но без него мир будто разом теряет объем, одну из своих граней.

Все это совершенно невозможно объяснить кому-то, кто лишен такого дара –  со стороны он представляется исключительно мрачным и зловещим.

Я ненавижу черный турмалин.

Но сейчас я сжала в кулаке подвеску –  и Рэндаф рядом со мной мгновенно исчез. Как и неясная блеклая фигура у входа в дом скорби.

Доктора Дикарда я нашла в его кабинете –  благо с прошлого визита успела запомнить его расположение.

–  Ниссард сыщик? –  мужчина как-то торопливо подскочил со своего места и перегнулся ко мне, будто собираясь протянуть руку, однако тут же передумал и торопливо обошел стол, чтобы подойти.

–  Вам удалось что-то выяснить?

–  Мне необходимо осмотреть чердак здания, –  я решила не отвечать на вопрос. Не удалось выяснить по его делу –  но не сообщать же о том, что я подозреваю кого-то из его сотрудников в совсем другом преступлении! –  Есть кое-какие предположения.

–  Не представляю, зачем это могло вам понадобиться, –  доктор уже привычным жестом протер лысину извлеченным из нагрудного кармана платком.

Должно быть, у него фантастические запасы этих платков, и каждый день он отдает прачке не меньше десятка. –  Там никто не бывает. Однако… если вы считаете необходимым…

–  Считаю, –  я уверенно кивнула.

–  Что ж, следуйте за мной.

Это оказалось легко. В самом деле легко.

Как рассказал доктор Дикард, поднимаясь передо мной по скрипучей лестнице с пыльными перилами, чердак практически не используется.