Господин следователь. Книга четвертая

Но это надо знать количество коров и их надой.

— Ань, а сколько сливочное масло стоит?

— Так по-разному, — откликнулась девчонка. — У Самылова — сорок копеек фунт, а у Гришина с Ивановым — по сорок две.

— А по сколько мужики сдают?

— Тоже по-разному. Купец лишнее масло не возьмет, куда его продавать-то? Пролежит, прогоркнет, растапливать придется. А если и возьмет, то с уценкой. Бывает, когда тридцать копеек за фунт, бывает по тридцать пять. Купцу же наварить нужно.

— Получается, не так и много Варвара у мужиков отщипнет?

— Иван Александрович, так и курочка понемножку клюет.

А больше-то и нельзя, заметно будет, — рассудительно отозвалась Нюшка. — Но Демин масло на перепродажу скупает. У него купцы гильдейские оптом берут, в Петербург отвозят. Там-то масло уже по пятьдесят копеек за фунт идет, а то и дороже — по шестьдесят. Но тоже от спроса зависит. Дядя Платон, он все больше сам по деревням ездит, а тетка Варя в лавке — и покупает, и продает.

— В общем, ты молодец, — похвалил я девчонку.

— Почему молодец? — удивилась юная «разведчица». — Я же ничего не узнала. То, что тетка Варя перед сбытчиками хвостом крутит — так это обычное дело. Хочешь прибыль заполучить — улыбайся, как дура, мужики это любят. Если баба не дура, то что и за баба?

— А бабы этим и пользуются?

— Конечно, — фыркнула девчонка. — Мужики должны думать, что они самые умные. А нам что, жалко, что ли? Пусть думают.

Ай да Нюшка. С ней оба уха нужно востро держать. И не расслабляться.

— Вот видишь, сколько я интересного узнал, — усмехнулся я.

— Если что-то еще нароешь, так хорошо. А нет, так и этого хватит.

Вечером отправился в гости к невесте. Но вначале заглянул к городскому парикмахеру. Решил, что если клиентов нет, подстригусь, а коли много — так ну его нафиг, схожу к невесте нестриженым. К счастью, мастер скучал. Увидев меня, расцвел в улыбке.

— Господин Чернавский!

— BonjourMonsieurJean, — поприветствовал я.

На самом-то деле дядьку зовут Иван, а французом он стал с моей легкой руки.

Иванов в Череповце много, а Жанов нет. Теперь появился. А парикмахеру так понравилось быть Жаном, что он себе новую вывеску заказал.

Мастер Жан — он все умеет:

Двадцать лет стрижет и бреет."

"Думаю, все догадались, что текст на вывеске тоже мой. Правда, в соавторстве с Сергеем Михалковым. Первый случай, когда я заработал на плагиате, потому что Жан мне делает скидку в десять процентов. Правда, я ею не пользуюсь, плачу полностью, но скидка, вроде, как чаевые.