Горькая правда

- Затем, - не удерживаюсь я.

- Тогда не знаю, - спокойно отвечает, начиная подрезать цветочки перед тем как их поставить в стеклянную вазу, - Юля любит ромашки, лютики, орхидеи, - продолжает говорить невзначай Лия, тихо, но так, чтобы я услышал.

Марат не сводит глаз с нас, переводя взгляд то на меня, то на нее. Он растерян. Значит, Лия ему не рассказала.

- Я…я… - как же сложно признавать свои ошибки. Чудовищные ошибки! - я был не прав.

- В чем? – спрашивает Лия, невинно смотря на меня.

- Во всём.

- Извиниться небось хочешь?

- Хочу.

- Зачем?

Я прикрываю глаза, делая глубокий вздох, чтобы не ответить привычное «затем».

- Можно это останется между мной и Юлей? Я ошибся. Серьезно ошибся. Мне нужно попросить прощение за это.

- И всё?

- И всё.

- Значит, решил совесть свою очистить так? Пришел, нагадил и ушел? Какой молодец, - вижу, что злиться Лия, но понять не могу, что не так, - я не скажу тебе, где Юля.

- Ясно, - я разворачиваюсь и иду к выходу.

Меня окрикивает Марат в тот момент, когда я перешагнул за калинку их дома.

- Стас, Юля у родителей.

- Спасибо, - отвечаю искренне я.

- Надеюсь, я не пожалею, что сообщил тебе.

Сажусь за руль авто, быстро соображая через кого можно пробить адрес родителей Юли, и тут мой взгляд падает на договор, который оставил отец, замечаю подпись отца Юли. Я быстро его перелистываю, нахожу адрес проживания. Надеюсь, они не переехали! Вбиваю в «Навигатор», мне ехать примерно четыре часа, ну что ж.

Чем ближе я к цели, тем неуверенней я себя чувствую. С отцом Юли я виделся несколько раз тогда, поэтому он меня должен узнать. А что если дверь откроет он? Как отреагирует? Навряд ли он будет мне рад. Уже обед, а я ничего не ел с самого утра. Желудок предательски скручивает, но я не обращаю на это внимания.

Я вспоминаю слова Лии о любимых цветах Юли, заезжая по дороге в цветочный.

Уверенно подхожу к двери, надеясь, что дверь мне откроет она. Жму звонок и замираю.