Горькая правда

- Мой папа – Станислав Михайлович, мама – Алла Васильевна, - говорит Стас, обращаясь ко мне, потом поворачивается к родителям, сообщая им с такой нежностью, что мое сердце вновь до краев наполняется любовью, - моя Юля.

- Мы уже знакомы, - невозмутимым тоном сообщает отец Стаса,- хоть и довольно при странных обстоятельствах.

- Здравствуйте, - выдавливаю из себя невероятным усилием я.

- Садитесь, что же вы стоите! – продолжает суетиться Алла Васильевна.

Ох, не так я представляла знакомство с родителями жениха.

Стас усаживает меня на диван, продолжая крепко держать одной рукой за талию, садиться сам. Мать же его что-то щебечет на счет блюд на столе, желая, наверное, просто разрядить обстановку, но я не слышу под воздействием взгляда отца Стаса. Его тяжелый взгляд заставляет меня ежиться. Тем временем мама Стаса уже разлила вино в бокалы и подняла свой.

- Давайте начнем наше знакомство с чистого листа! – вещает с улыбкой она.

Я с трудом выдавливаю из себя что-то наподобие улыбки, и приподнимаю бокал, заставляя себя выдержать взгляд Станислава Михайловича.

- Как ваши дела, дети? – с улыбкой спрашивает Алла Васильевна, а я вздрагиваю от ее ласкового тона. Стас же, подмечая мою реакцию, подушечкой большого пальца гладит мою руку, пытаясь успокоить."

"- У нас есть новости, - говорит Стас уверенно, - я сделал Юле предложение, и она ответила «да», - сообщает новость родителям, расплываясь в довольной улыбке.

Мама Стаса округляет глаза, а отец смотрит теперь растерянным взглядом. Мне же почему-то становится смешно от такой реакции, и я немного расслабляюсь, начинаю улыбаться им так мило, как только умею.

- Поздравляю! – первая отмирает Алла Васильевна.

- Кхм, кхм, - откашливается отец, - Юля, ты уверена, что хочешь замуж за него? – спрашивает Станислав Михайлович таким заботливым тоном, что я теряюсь.

- Уверена, - говорю почти шепотом.

- Тогда и я вас поздравляю, - секунду подумав, отвечает отец Стаса.

- Спасибо, - расплывается в улыбке Стас.

Повисает неловкая пауза. Но никто не смеет нарушить тишину, особенно я.

- Юля, - вдруг обращается ко мне отец приветливым тоном, что я опять вздрагиваю, но поднимаю на него свой взгляд,- я бы хотел попросить у тебя прощения.

Мне кажется, что он неожиданности все теряют дар речи.