Горячий Май

— И не переживай за свою языкастую подругу. Я найду способ, чтобы ей укоротили язык.

Май усмехается. Глаза становятся похожими на кусочки льда, и у меня по коже пробегается холодок.

— Что ты хочешь сделать?

— Ничего особенного. У меня есть один знакомый юрист, очень грамотный… По сути, то, что сделала Алёна — это вмешательство в частную жизнь. Можно и попасть по-крупному. Подружку твою просто припугнут серьёзным разговором. Так что ей больше не захочется даже смотреть в твою сторону, не то что сплетничать.

— Всем рты не заткнёшь, Май.

— Всем и не надо. Приструнить двух болтливых и не в меру любопытных будет вполне достаточно. Веришь или нет, Ника, но без активной подпитки сплетни быстро сойдут на нет… Тем более, что ты уже закончила учёбу.

Май ещё раз обнимает меня, говоря:

— Пойдём, посмотрим, какой из тебя получится «финансист».

— А ты куда?

— Буду сидеть в аудитории.

Май беспечно улыбается.

— Во-первых, при мне никому не захочется раскрыть свой грязный рот. Во-вторых, так тебе будет спокойнее.

— Тебя не пустят, Май.

— Меня? Пустят! И даже принесут бокал воды, чтобы горло не пересохло. Я уже договорился. Считай, что у вас сегодня день открытых дверей. Для меня, разумеется.

Май действует на меня как болеутоляющее и успокаивающее в одном флаконе. Собственная микстура от тревоги и напрасных расстройств. Замечаю, как вытягивается лицо Алёны, когда она видит Мая рядом со мной. Май останавливается напротив Алёны.

— Добрый день. Держи, пожалуйста, сегодня свой телефон включенным. С тобой захочет переговорить мой юрист.

— Не поняла, — тихо говорит Алёна.

— Нарушение неприкосновенности частной жизни влечёт ответственность, вплоть до уголовной.

— Какая ответственность? — Алёна побледнела.

Май выглядит как никогда собранным и холодным, демонстрирующим пренебрежение. Он спокойно говорит моей бывшей подруге. Так спокойно, что даже у меня что-то замирает внутри.

— Обыкновенная ответственность, предусмотренная законами.

Алёна выпучила глаза, съёжившись под холодным взглядом Мая, и принялась нервно теребить кончики окрашенных прядей. Кажется, Май напугал её всего одной фразой.