Глупышка

Моя ладонь осторожно сомкнулась вокруг твердого стержня, и я почувствовала, как пульсирует кровь под пальцами, и возбудилась еще сильнее.

Протяжный стон сорвался с губ Дмитрия, он рывком отстранил меня и сипло приказал отпустить его.

– Почему? – опять расстроилась я. Ведь во всех журналах и форумах твердят о том, что надо в сексе быть смелее и инициативнее, а он не давал мне самореализоваться.

– Так, мыться и в кровать, – скомандовал Босс и вылез из ванной.

Он так решительно захлопнул дверцу душевой кабины, что я почувствовала себя брошенной.

Я сидела в ванной и наблюдала, как быстро моется Дмитрий, словно на пожар спешит. Я же обхватила себя руками, подтянула ноги к животу, опустила лоб на колени, пытаясь справиться со слезами. Надо ехать домой. Определенно.

– Люда, что случилось? – ласковое поглаживание стало последней каплей моего терпения.

Я сбросила его руку со своей головы, резко встала и начала ругаться.

– Ничего не случилось! Я не понимаю вас…"

"– Тебя, – спокойно поправил меня Босс, вот только не стоило ему это делать сейчас, когда я находилась в таком состоянии.

– Вас, вас, – повторила я, чтобы до него дошло, что все кончено. – То переезжай, то отпусти, никакого секса. Вы хоть сами-то определились, чего от меня хотите? Я не понимаю! Я думала, что нравлюсь вам! А вы? Чего вы хотите от меня? Зачем все это? – я обвела руками ванную с осевшей пеной, в которой стояла, и требовательно посмотрела на Босса.

Дмитрий взял меня руками за талию и легко поставил на пол. Снял с вешалки желтое полотенце и накинул мне на плечи. Себе взял синее, обмотал вокруг бедер, чтобы не смущать меня видом своего возбужденного тела.

– Я хочу тебя, Люда, прямо сейчас. Но не здесь, не в ванной. Твоим родителям, я думаю, так рано внуки не нужны, поэтому спешу затащить тебя в спальню, а ты капризничаешь.

– Я? – возмутилась я в ответ.

– Ты, ты, моя сладкая, – шепотом добавил Дмитрий и за руку потянул в спальню, не слушая моих возражений по поводу того, что я еще мокрая.

Его не волновали наши влажные следы, а куда важнее было уложить меня на кровать, откинуть полотенца в сторону и впиться в мои губы властным поцелуем. Больше я не возмущалась.