Генерал Скала и сиротка

Хорошо, что ему напомнили про детальное и публичное рассмотрение дел, иначе княжич не успокоился бы решением какого-то вояки и обвинил бы вас в злостном нарушении стандартных правил. А король большой педант, как и принц Алонсо.

Я вздохнула. Геральдика и родовые схемы дальних соседей всегда мне давались с трудом, но семью завоевателей я выучила по именам и линиям крови.

— Их же три брата? Король — Эдгардо. Средний — принц Алонсо. И младший — Людвиг, с чьим словом вы вчера приходили. Вся троица — братья от одной матери, правильно?

— Эм, да.

— А какие они по характеру? Вы же знаете наши северные привычки, мы сидим у себя в замках и почти не интересуемся остальным миром, — я поощрительно улыбнулась молодому аристократу. И даже благосклонно приняла его руку на повороте к Детскому Дворцу. Лишь в последний миг не удержалась и бросила прощальный взгляд на плац.

Баронесса стояла перед Скалой и что-то тихо ему щебетала. Я видела только ее спину и утреннюю прическу в пару рядов сложных кос с заколотыми по кругу розочками. Зато наемник возвышался над ней почти на голову и отчего-то пристально смотрел в мою сторону.

Пронизывающий оценивающий взгляд голубых глаз при чеканной суровой физиономии и тяжелом подбородке, извините, булыжником, смотрелся немного пугающе. Поэтому я крепче сжала локоть виконта и почти дернула его за собой, чтобы побыстрее скрыться за угол.

ГЛАВА 15. Отказать самому принцу?! Экая гордыня или глупость

— … Людвиг — сумасбродный немного, — виконт чуть не споткнулся от моей резвости, но легко выровнялся. — Я так неловко себя чувствую за вчерашний визит. Не знал в каких вы отношениях, принц был так уверен, а мы перепили… — он немного замялся, — и решили, что вы не против немного пообщаться.

— Мы с сестрами были против.

— Уже понял. Я постараюсь сегодня же аккуратно объяснить Его Высочеству, что вы заняты саморазвитием и… в общем, что не стоит вас ждать на вечеринках, правильно?

Светлые, немного наивные глаза в опушении длинных золотистых ресниц смотрели с любопытством и легким недоверием.

Как это? Отказать самому принцу?! Экая гордыня или глупость.

— О, вы удивительно проницательны, лэр Озра. А что, принцы всегда столь настойчивы по отношению к благородным дамам?"

"— Я лишь на днях был принят в круг Людвига, поэтому утверждать не берусь.