Гарри Поттер и Орден феникса

 — Да брось ты, не мог этого Гарри — мы же видели твою мать, она нам понравилась…

— Нравилась, пока не начала верить каждому слову, какое пишет про меня вонючий «Ежедневный пророк»! — крикнул Гарри срывающимся голосом.

— Вот оно что, — проговорил Рон, и на его веснушчатом лице проступило понимание. — А… ну ясно.

— Знаешь что? — разгоряченно сказал ему Симус, зло покосившись на Гарри. — Он прав, я не хочу больше с ним жить в одной комнате, он сумасшедший!

— Так нельзя, Симус, — сказал Рон. У него уже начали пылать уши — недобрый знак.

— Нельзя? — заорал Симус, который, в противоположность Рону, стал весь бледный. — Значит, ты веришь всему этому бреду, который он несет про Сам-Знаешь-Кого? Значит, по-твоему, он правду говорит?

— Да, правду! — сердито воскликнул Рон.

— Ну, тогда ты тоже сумасшедший, — с раздражением бросил Симус.

— Да? Но, к несчастью для тебя, дружок, я еще и староста! — сказал Рон, ткнув пальцем в свой значок. — Так что если не хочешь в наказание сидеть после уроков, думай, что говоришь!

Несколько секунд Симус выглядел так, словно готов был даже ценой наказания произнести то, что вертелось на языке, но потом, презрительно хмыкнув, резко повернулся, кинулся на кровать и дернул полог с такой силой, что сорвал его, и ткань пыльным комком свалилась на пол.

— У кого еще родители имеют что-нибудь против Гарри? — угрожающе спросил он.

— Мои родители маглы, — пожал плечами Дин. — Они про смерти в Хогвартсе и знать ничего не знают.

— Ты не знаешь мою мать, она у кого угодно что хочешь выведает! — резко сказал ему Симус. — И твои ведь не получают «Ежедневный пророк». Им невдомек, что нашего директора выперли из Визенгамота и из Международной конфедерации магов, потому что у него уже не все дома…

— Моя бабушка говорит, что это все чушь! — крикнул Невилл фальцетом. — Она говорит, это с «Пророком» неладно, а не с Дамблдором. Она даже подписку аннулировала.

Гарри, слушая Невилла, почувствовал прилив благодарности. Больше никто ничего не сказал. Симус вынул волшебную палочку, поправил с ее помощью полог и скрылся за ним. Дин лег в кровать, повернулся и затих.