Гамбит принца

План был сформирован над картой. Дэмиен понятно объяснил его Лорену.

— Взгляни на расположение Чарси. Фортейн будет отправной точкой для боевых отрядов. Чарси станет битвой Гийона.

— Гийона и всех его оставшихся сыновей, — сказал Лорен.

— Сильнейший ход, который ты сейчас можешь сделать — это захватить Фортейн. Это даст тебе полный контроль над югом. С Рейвенелом, Фортейном и Акьютартом в твоих руках будут все южные Виирийские торговые пути как в Акиэлос, так и в Патрас. Ты уже держишь южные пути в Васк, а Фортейн даст тебе доступ в порт.

И тогда у тебя будет все, чтобы начать кампанию на север.

Тишина продолжалась до тех пор, пока Лорен не сказал:

— Ты был прав. Я не думал об этом так.

— Как о чем? — спросил Дэмиен.

— Как о войне, — ответил Лорен.

Теперь они стояли друг напротив друга на помосте, и слова, личные слова, были готовы сорваться с губ Дэмиена.

Но он сказал:

— Ты уверен, что хочешь оставить свой форт под командованием своего врага?

— Да, — ответил Лорен.

Они посмотрели друг на друга.

Это было публичное прощание на виду у всех солдат. Лорен протянул руку. Он сделал это не как Принц, чтобы Дэмиен преклонил колени и поцеловал, а как друг. В этом жесте была признательность, и, когда Дэмиен пожал ему руку перед солдатами, Лорен удержал его взгляд.

Он сказал:

— Позаботься о моем форте, Командир.

Дэмиен не мог ничего сказать под взглядами собравшихся. Он сжал руку Лорена чуть сильнее. Он думал о том, чтобы сделать шаг вперед, взять голову Лорена в свои руки.

И затем Дэмиен подумал о том, кто он, и обо всем, что он теперь знает. Он заставил себя разжать руку.

Лорен кивнул камердинеру и вскочил в седло. Дэмиен сказал:

— Многое зависит от времени. У нас встреча через два дня. Я… Не опаздывай.

— Доверься мне, — сказал Лорен, кинув один ясный взгляд и рывком вожжей направляя лошадь к воротам, за мгновение до того, как был отдан приказ, и выехал со своими людьми.

* * *"

"Форт без Лорена опустел. Но снабженный даже минимальными силами, он все равно мог противостоять любой угрозе снаружи.

Стены Рейвенела стояли несокрушимыми две сотни лет. Кроме того, их план основывался на разделении сил: Лорен выезжал первым, в то время как Дэмиен дожидался подкрепления Лорена и затем, днем позже, выезжал из Рейвенела.

Несмотря на все, что было сказано, невозможно было полностью довериться Лорену, поэтому утро стало тонко сплетенным клубком напряжения, затягивающимся туже. Люди готовились в совершенно южную погоду.