Гамбит принца

Дело не просто в Чарси. Ты сам не сделал ни единого хода против своего дяди. Ты дал ему выбрать поле. Ты дал ему установить правила. Ты играешь в его игры, как будто хочешь показать ему, что ты можешь. Как будто пытаешься его впечатлить. В этом дело?

Дэмиен продолжил:

— Тебе нужно победить его в его же игре? Ты хочешь, чтобы он увидел, как ты это сделаешь? Ценой своего форта и жизней своих людей? Неужели ты так отчаянно хочешь его внимания?

Дэмиен окинул Лорена взглядом от макушки до пяток.

— Что ж, ты его получил.

Лорен сделал шаг назад, покачнувшись, как человек при приступе тошноты. Он сверлил Дэмиена взглядом, черты лица стали резкими.

— Ты ничего не знаешь, — сказал Лорен ледяным, пугающим голосом. — Ты ничего не знаешь обо мне. Или о моем дяде. Ты слеп. Ты не видишь то… что прямо перед тобой. — Внезапный смешок Лорена был низким и полным издевки: — Ты хочешь меня? Ты мой раб?

Дэмиен почувствовал, как краска прилила к щекам.

— Это не сработает.

— Ты ничто, — продолжил Лорен, — ползающее разочарование, позволившее бастарду Короля заковать себя в цепи, потому что не смогло удовлетворить свою любовницу в постели.

— Это, — повторил Дэмиен, — не сработает.

— Хочешь услышать правду о моем дяде? Я тебе расскажу, — произнес Лорен с новым блеском в глазах: — Я расскажу, что ты не смог остановить. Что ты не увидел, потому что был слишком слеп.

Дэмиен услышал эти слова, и он знал, что не стоит ввязываться в это. Он знал, но часть его страдала от того, что говорил Лорен, когда он услышал собственный голос:

— Как твой дядя связан с…

— Где, ты думаешь, Кастор нашел военные силы для поддержки, чтобы противостоять сторонникам своего брата? Почему, ты думаешь, Виирийское Посольство прибыло с мирным договором в руках сразу же после того, как Кастор занял трон?

У Дэмиена перехватило дыхание.

— Нет.

— Ты думал, что Теомедис умер от настоящей болезни? А как же все эти посещения врачей, от которых ему только становилось хуже?

— Нет, — повторил Дэмиен. Кровь пульсировала в висках, и он почувствовал, как что-то нарастает в его теле, и плоти было невозможно выдержать эту рвущуюся мощь. А Лорен продолжал говорить:

— Ты не догадывался, что это Кастор? Ты, бедное глупое животное.