Гамбит принца

Когда он вышел наружу, все признаки движения говорили не о начавшемся пробуждении, но были продолжением работ, которые длились в лагере всю ночь: люди, следящие за факелами и кострами, тихие шаги часовых, разведчики, соскакивающие с лошадей и докладывающие своим командирам, которые также бодрствовали.

Что до Дэмиена, то он начал свою раннюю работу с подготовки брони Лорена, выкладывая каждую часть, натягивая каждый ремешок, проверяя каждое крепление. Затейливо обработанный металл с гравировкой по краям и декоративными швами был знаком ему, как свой собственный.

Он научился ухаживать за Виирийской броней.

Он перешел к составлению описи оружия: проверить, что каждое острие чисто от зазубрин и надломов; проверить, что рукояти и эфесы были гладкими от любых помех, которые могли бы остановить или затруднить движение; проверить, не изменилась ли сбалансированность оружия, которая хоть на мгновение могла бы привести владельца в замешательство.

Возвратившись, он обнаружил шатер пустым. Лорен ушел по каким-то ранним делам.

Вокруг Дэмиена лагерь стоял все еще окутанный темнотой, с закрытыми палатками, погруженный в блаженный сон. Дэмиен знал, что люди предвкушали возвращение в Рейвенел с тем же одобрением, каким был охвачен Лорен, когда въехал в их собственный лагерь: приветствиями для мужчин, которые привели преступников на веревке.

На самом деле Дэмиену трудно было себе представить, как именно Лорен собирается использовать своих пленников, чтобы уговорить Лорда Туара отказаться от сражения. Лорен был хорош в ведении переговоров, но такие люди, как Лорд Туар, имели слишком мало терпения для подобного.

Даже если Виирийских лордов с границ можно было переубедить, то командиры Никандроса уже позвякивали мечами. Не просто позвякивали. Нападения были с обеих сторон границы, и Лорен видел движение Акиэлосских сил собственными глазами, как и Дэмиен.

Месяц назад он, как и люди, ожидал бы, что пленников выставят перед Туаром, будет громко объявлена правда, деяния Регента будут раскрыты перед всеми.

Теперь… Дэмиен мог так же просто представить себе, как Лорен отрицает то, что знает виновника, позволяя Туару самому дойти до Регента — почти мог видеть голубоглазую притворную озабоченность Лорена правдой, за которой последует голубоглазое притворное удивление, когда правда будет раскрыта. Поиск сам по себе будет работать, как выжидательная тактика, будет растягивать ситуацию, займет время.

Предательство и двойная игра; это казалось достаточно по-виирийски.