Гамбит принца

Лунный свет и тлеющие следы огня: новая женщина, по бокам окруженная помощниками, появилась верхом на лошади и была проведена через лагерь к Дэмиену и Лорену.

— Одному из нас нужно осмотреть убитых и пленных, чтобы убедиться, что никто не сбежал, — сказал Дэмиен, наблюдая за ее приближением.

Лорен ответил:

— Я займусь этим. Позже.

Дэмиен почувствовал, как Лорен крепко обхватил его бицепс и потянул вниз.

— На землю, — сказал Лорен.

Дэмиен встал на колени, и Лорен положил пальцы ему на плечо, чтобы удерживать его в таком положении.

Всадница спрыгнула с седла своей приземистой лошади. Она заявляла о своем статусе великолепной меховой накидкой, покрывающей ее плечи. Она была старше других женщин, по крайней мере, лет на тридцать. Темноглазая и с каменным лицом — Дэмиен узнал ее. Это была Хальвик.

В последний раз, когда он видел ее, она восседала на троне на возвышении, покрытом шкурами, и отдавала приказы. Ее суровый голос был точно таким же, как он запомнил, хотя когда она заговорила в этот раз, это был Виирийский с сильным акцентом:

— Мы заново разожжем костры.

Лорен спросил:

— Главарь клана мертв?

— Он мертв, — сказала она Лорену. — Ты сражаешься хорошо. Позорно, что твои размеры не позволят породить великих воинов. Но ты не уродлив. Твоя женщина не останется недовольна. — Затем благожелательно добавила: — У тебя аккуратное лицо. — Она ободряюще хлопнула его по спине. — У тебя очень длинные ресницы. Как у теленка.

Дэмиен при каждом вдохе болезненно ощущал левый бок, а также свои руки — когда он не подавлял легкую дрожь, то она проходила по мышцам, которые были связанными слишком долго и длительный период времени работали на пределе своих возможностей.

Лорен ответил жестким непреклонным тоном:

— Раб не ляжет ни в чью постель, кроме моей.

— Ты совокупляешься с мужчинами, в Виирийском стиле? — Спросила Хальвик.

* * *Дэмиен собрал последние оставшиеся силы, готовясь к тому, что должно было последовать, но почти к его удивлению, его рот не был насильно открыт, и хакеш не был немедленно залит ему в горло. Его ни к чему не принуждали.