Фейсконтроль на главную роль

Ну выучи меня, пожалуйста! Пропадет ведь искусство!

– Я подумаю, – пообещала Софья.

А вечером, посадив перед собой Нику, спросила:

– Будешь продолжать наше дело?

– Нет! – замахала руками Вероника. – Ни за что! Мне нравится шить, вязать, а колдовать я не хочу.

– Ладно, – легко согласилась Софья. – Принуждать нельзя, добро силой не передать. Отпускаю!

И бабушка стала заниматься с Майей. Ника радовалась обретенной свободе, ранее Софья каждый вечер приказывала ей варить травы, настаивать, процеживать.

– Безголовая! Зачем железное сито берешь! Здесь марля нужна!

Но у Вероники наука не укладывалась в голове. Вот шила она с малолетства хорошо: расстилала ткань на полу, кроила и за вечер мастерила новую юбку. Ей хватало одного беглого взгляда на руки опытной швеи, чтобы понять, как та обметывает петли или прокладывает силки. А к сушеным веникам душа ее не лежала.

Зато у Майи во время занятий с бабушкой в глазах горело пламя.

Ника стала придираться к Майе, буквально напрашивалась на скандал, говорила сестре гадости, но та лишь улыбалась и отвечала:

– Никуся, хочешь вкусного чаю? Он успокаивает и расслабляет.

– Ты здесь не хозяйка, не смей хватать кружки! – вопила Ника.

– Ладно, ладно, – уступала Майя и молча резала очередную траву.

Сообразив, что колкостями сестру не пронять, Вероника от слов перешла к делу.

Но несмотря на открытую войну, сестру так и не удалось вызвать на скандал. Тогда Ника решилась на откровенную подлость: взяла всю семейную кассу и засунула купюры в Майин бумажник.

– Бабушка, – как ни в чем не бывало спросила она через пару часов, – можно я в кино схожу?

– Ступай, – не поворачивая головы, согласилась Софья.

– Я возьму деньги?

– Пожалуйста, – не стала спорить старушка.

Тщательно скрывая торжество, Ника кинулась к буфету. Она собиралась уже закричать: «Ба! Пропали наши деньги! Их украли!» Софья всполошится, начнет искать купюры, обнаружит их у Майи и навсегда с ней расстанется…

Но план не сработал.