Фейсконтроль на главную роль

Но надо отметить: моя бабушка, Софья Скавронская, прожила более ста лет и умерла, как перегоревшая электролампочка – не болела, не мучилась, легла спать и не проснулась. До самой кончины бабуля выглядела молодо, ей в девяносто лет от силы шестьдесят давали. И книги с рецептами существуют, мне их бабуля показала, но только… Эх!

– Что?

Вероника спустила ноги на пол.

– Часть информации потеряна, чернила расплылись, не прочитать. Ряд рецептов содержит невероятные составляющие. Ну, допустим: «Возьми печень желтой жабы, выросшей в подвале дома аптекаря».

– Трудновато, – согласилась я.

– Поэтому бабушка пользовалась тем, что узнала от Ядвиги, своей мамы. Тут-то и зарыта собака, – мрачно добавила Ника. – По идее, целительство должно переходить от бабки к внучке, минуя мать ребенка. Следовательно, обладательницей бессмертного эликсира должна была стать моя мать, Марта. Но Ядвига обожала дочь Соню и, нарушив семейный закон, обучила ее, а не Марту. Вроде бы внучка не проявляла никакого интереса к травам, чуралась бабушки и больше всего на свете любила плясать с парнями.

Ника сложила руки на коленях, глубоко вздохнула и продолжила:

– Скавронские никому не сообщали о секрете, но об удивительном средстве таинственным образом узнали люди.

После смерти Марты Софья перестала скрывать от внучки свои занятия целительством и попыталась обучить Нику, возила ее с собой в Киряевку, демонстрировала огород. Но Вероника не хотела заниматься семейным делом – она боялась чужих проклятий и людей, которые потянутся к ней со своим горем.

Софья поняла позицию Вероники и отстала от нее.

– Секрета эликсира бабушка вам не открыла? – улыбнулась я.

– Нет, – серьезно ответила портниха. – Говорю же: нет никакого эликсира. Владей бабуля лекарством, она бы не пожалела ложку для мамы. Но сейчас вы рассказали про отпечаток мизинца… Вдруг все же снадобье существует?

– Сомнительно, – я решила вернуть женщину в мир реальности, – тогда бы Софья жила до сих пор.