Фейсконтроль на главную роль

К сожалению, до Парижа Варваркин не добрался, умер на пути в Одессу от тифа.

– Печально, – кивнула Нина. – Но при чем тут Киряевка?

– Вопрос по сути, – кивнул Эрик. – Я предполагаю, вернее, абсолютно уверен: библиотека находится неподалеку от деревни, рядом с бывшим поместьем Варваркиных.

– Понятно. И ты хочешь поселиться рядом с тем местом, где, возможно, хранится богатство, – резюмировала Нина.

– Я не нуждаюсь в деньгах, – напомнил ученый. – Мой долг вернуть России культурные ценности.

– Я не хочу жить в каком-то медвежьем углу из-за папиных капризов, – взвилась Арина. – Как мне оттуда на учебу ездить?"

"– Очень удобно, – заявил Эрик, – я вовсе не такой уж неприспособленный к жизни, каковым ты меня считаешь! От Киряевки ходит автобус, два раза в день, в шесть утра и восемь вечера. Идет до станции, а там электричка.

– Ты всерьез? – заморгала Арина. – Прикажешь мне вставать в полпятого? Зимой, осенью, весной? В темноте переть на остановку? А если автобус сломается? Самому-то в город надо раз в месяц ездить! Эгоист!

– Это ты самовлюбленная девчонка, – отбил подачу папа.

– И о моей учебе, – надулась Арина. – Искать то, чего никто не видел и чего, скорей всего, нет в природе, просто идиотизм! Лучше бы ты, как отец Кати Виноградовой, водкой торговал. Тот Катюхе машину подарил!

Понимая, что сейчас на моих глазах разразится семейный скандал, я откланялась и убежала.

Спустя месяц после этого разговора Нина начала в Киряевке строительство особняка. Большой дом быстро не возвести, работы шли четыре года. Когда была повешена последняя занавеска, Арина уже закончила школу, вышла из возраста щенячьей вредности, обзавелась кавалером и без всяких скандалов перебралась в Подмосковье. Нина купила дочери малолитражку, поэтому вопрос о поездках на автобусе и электричке отпал.