Феромон

И сейчас я хорошо вижу в нём и тонкокостность Габриэлы, и маслянистый блеск её карих глаз, и длинную шею, что подчёркивает жёсткий воротник его рубашки. И его взгляд, устремлённый на меня, теперь внимательный, понимающий и тёплый. Он переводит его на Эйвера, когда отпускает мою руку. - Где вы остановились, Эйв?

- Пока нигде, - показывает Хант сквозь стеклянную стену палаты на брошенные в холле вещи.

- Тогда приглашаю поехать к нам. Места всем хватит.

- Да нет, спасибо, Ричи, мы лучше в гостиницу, - хмыкает Хант.

- Эйв, - плавно разворачивается к нему Ричард. - Сейчас я думаю время, когда нужно держаться всем вместе. Мама ждала тебя. Нравится тебе это или нет, а мы семья. И все эти разногласия уже давно пора оставить в прошлом.

- Мы не семья, Ричи. Не семья, - стискивает зубы Хант и сверлит брата неприязненным взглядом. - Просто так вышло. Спасибо за приглашение, но мы поедем в гостиницу."

"За Ричардом приходит медсестра и прекращает этот бессмысленный спор. А Хант садится у кровати и, поставив с краю локти, зажимает голову руками, словно этот разговор его бесконечно вымотал.

- Может зря ты так... категорично? - кладу я руку на его плечо.

- Я просто знаю, чем всё это закончится. Опять поссоримся, а то и подерёмся, а он прав: сейчас не время для ссор, - он пожимает отцовскую ладонь ободряюще и встаёт. - Можем устроиться в гостиницу прямо при больнице. Но тут вряд ли есть люкс.

- Какой ты всё же сноб, Хант, - сокрушённо качаю я головой.

- Нет, я просто всегда выбираю самое лучшее, - подтягивает он меня к себе одной рукой.

- Иди ты к чёрту, Эйв, - толкаю я его в каменную грудь. И он, конечно, просто так не сдаётся. Но я всё же вырываюсь из его нежного захвата, когда слышу своё имя, произнесённое слабым голосом.

- Анна? Анна!

- Мистер Хант! - кидаюсь я к открывшему глаза отцу Эйвера. И пусть на самом деле он не сильно стар, сейчас я вижу умудрённого жизнью старца, но вкладываю в это слово скорее уважение к учителю, чем возраст.

- Анна, - гладит он моё лицо неверной рукой. - Вот так сюрприз! А я-то думал, больше никогда тебя не увижу. Кто это там с тобой? - слегка поворачивает он голову на выразительное покашливание Эйва. - Неужели мой сын?

- Привет, пап!

- Здравствуй, сынок!

- Как вы себя чувствуете, мистер Хант? - снова привлекаю я внимание к себе.

- Старым, деточка. Больным, дряхлым и старым. Я же теперь даже молот, наверно, не подниму.