Феромон

- И отправит меня куда-нибудь поближе к морю да за свой счёт... я не против.

- С Ларри проблем, я думаю, не будет, - улыбаюсь я и встаю. А не промах девчонка. - Спасибо, Тея!

- Пока, Ан! - выходит она меня проводить.

Вряд ли Питер Джеймс настолько уверен в своих силах, что даже не собирался использовать против Эйвера Тею. Просто она от его провокационных вопросов защищена адвокатской тайной. А Хант - нет. Значит, её появление в суде сыграет нам на руку. И если что-то вдруг пойдёт не так, теперь у нас есть ещё один козырь.

"И всё то время, пока еду до дома, собираю вещи и бесцельно пялюсь в окно такси по дороге до аэропорта думаю о том, как на самом деле Эйверу сложно было со всем этим жить. Как это тяжело, когда даже психотерапевт, к которому обращаешься за помощью, в результате подаёт на тебя в суд. И как это невыносимо, когда все тебя хотят, но на самом деле никто не любит.

И первое, что делаю, когда вижу его в зале аэровокзала, - целую покрепче и со всей силы прижимаю к себе.

- Неожиданно, - разглядывает он меня с удивлением, когда я разрываю объятия.

- Я даже не спросила, как прошёл суд, - игнорирую его удивление.

- Нормально, - он закидывает на плечо свою сумку, берёт мой чемодан и ещё косится на меня, протягивая свободную руку, а потом тянет к кассам. - В самолёте расскажу.

- Как Дэвид? - едва поспеваю я за его широким шагом. Но как же приятно чувствовать его сильную руку.

- Как герой! - оглядывается он, всё ещё присматриваясь. - У тебя что-то случилось?

- Нет, - невинно пожимаю плечами.

- Перезвонил, пока тебя ждал. Состояние тяжёлое, но стабильное. Врачи дают положительные прогнозы. И знаешь... то, что ты решила лететь со мной... в общем, для меня это очень важно. Спасибо, Ан! - бросает он чемоданы у окошка кассы.

И опять это «важно». Важно, нужно, должно - как же ловко он прячется за своими безликими формулировками. Опасается раскрыться. Боится довериться.

- Не за что, - протягиваю я документ. - Надеюсь, с твоим отцом всё будет хорошо.

- А что у нас с Лейлой? - подаёт он документы в кассу. - Сколько ни звоню, трубку берёт кто угодно, только не она.

- В самолёте расскажу, - улыбаюсь я. - Но, если кратко: она у нас больше не работает.

Он удивлённо приподнимает брови, но больше не задаёт вопросов.