Забракованные

— Дана, пожалуйста, — попросила Амелия, ласково погладив ту по волосам. — Рэйм, Дана ни в чем не виновата, она просто испугалась.

Не виновата? Он мог бы поспорить. Только толку-то.

Вздохнул.

— Давно ты знаешь? — спросил устало.

Дана отчаянно закивала, уставившись на носки своих туфель.

— Несколько дней… Лане пришло письмо… магией… по воздуху. Мне было любопытно… кто может ей… магией. А там… — Каждое слово горничной и так сопровождалось всхлипом, теперь же она и вовсе зарыдала.

— Кто, Дана? — Амелия погладила ее по плечу, попыталась заглянуть в опущенное лицо. — Скажи то, что сказала мне. От кого письмо?

— «Эс», — обреченно прошептала девушка. — Какой-то «эс».

Рэймер встретился взглядом с Амелией. Та поджала губы и кивнула.

Сивер, значит. Гидеон столько лет пытался завербовать кого-то из дома, но так и не преуспел. А наследник, значит, залез Лане под юбку, и она сразу переметнулась? Что за ерунда-то? Еще изображала возмущение и оскорбленную невинность.

Все равно бред какой-то.

А Дану наконец прорвало:"

"— Она сказала, что я ей больше не сестра, если проговорюсь, — заговорила громче и почти без всхлипов, только слезы так и продолжали бежать по ее щекам и, срываясь с подбородка, впитываться в темную ткань форменного платья на груди. — Я ей говорила, что она не права… А она… так хотела отомстить…

— Что? — собственный голос как-то разом охрип.

За что?!

Этот вопрос так и грохотал набатом в голове, когда за его спиной заговорила матушка Соули.

— Когда вы пригласили нас переехать в этот дом… — Монтегрейн обернулся к ней, показывая, что слушает. — Лана не хотела. Она считала, что если бы Ноллан не стал заступаться за ваше имущество, то остался бы жив. Говорила… — Теперь уже и кухарка потупила взгляд. — Говорила, что это вы во всем виноваты.

Затаила обиду, вот что Лана сделала.