Забракованные

Настолько доброжелательно, что это совершенно не вязалось с ее серьезным, даже тяжелым взглядом.

— Конечно, — кивнула Амелия.

Монтегрейн глянул на нее с сомнением, но не препятствовал.

— Я подожду в экипаже, — сообщил и похромал к воротам.

* * *"

"Соскучившихся по ней девочек обижать не хотелось. Поэтому пришлось неспешно прощаться, обнимать младших и Зои, наравне с малышами потянувшуюся за лаской, а только потом уходить. Хотя было одно желание — выбежать, хлопнув воротами так, чтобы затряслась вся ограда.

Скулы сводило. То ли из-за долгой фальшивой улыбки, то ли из-за крепко сжатых челюстей.

«Дорогая моя, — так и звенел в голове голос матери-настоятельницы, — ты же понимаешь, какой страшный грех совершила перед богами, вступив в новый брак, не выждав положенный траур по предыдущему супругу? Грех! Страшнейший грех! Если не искупить его, ты будешь гореть в аду после смерти. Каждый вечер ты должна возносить молитву покаяния и стоять на горохе, поститься…»

Делать то и то, молить о пощаде и каяться, а потом, должно быть, стукнуться несколько раз об пол лбом.

Грех перед богами — ну надо же! Гореть в аду после смерти… А где были эти боги, когда она жила в аду столько лет? Терпя издевательства Эйдана, Мэл, получается, была чиста перед богами, а теперь вдруг превратилась в грешницу?

Она никогда не рассказывала матери Верее всю правду о своей семейной жизни.

К черту!

Прикрыв за собой створку ворот, Мэл практически бегом бросилась к экипажу.

Как жаль, что теперь никак нельзя сюда больше не приезжать. Девочки ни в чем не виноваты, они будут ждать…

Заметив приближение Амелии, Оливер ловко спрыгнул с козел и распахнул перед ней дверцу. У нее не было сил даже поблагодарить — ограничилась кивком, подхватила юбки и быстро забралась в экипаж.

Хотелось что-нибудь разбить. Или выйти в поле и кричать, пока не охрипнет голос. Или…

— Что случилось?

Амелия вскинула голову, но Монтегрейн смотрел не на нее. Вернее, на нее, но не в лицо, а на лежащие на коленях кисти рук, сжатые до белизны костяшек.

Сделав над собой усилие, Мэл медленно разжала кулаки. На ладонях остались следы от впившихся в кожу ногтей.

— Что. Она. Вам.